Книга Доводы нежных чувств, страница 169 – Яна Смолина

— За мной сутки напролёт ходили гувернантки и учителя всех мастей. Мне запрещали играть с другими детьми потому, что воспитанные малыши не бегают и не прыгают. А во время редких званых вечеров, на которых мне доводилось присутствовать, я больше походил на одну из статуй, украшавших залы — сидел вместе с остальными детьми, тогда как наши родители хвастались друг перед другом нашими успехами.

— Мне кажется или вы сейчас жалуетесь, Джон? — она улыбнулась.

— Я вам завидую, признаюсь. У вас в футболе больше опыта, чем у меня.

— Быть не может!

— Правду говорю. Я избавился от оков круглосуточного надзора лет в четырнадцать, когда ко мне перестали водить учителей и послали в закрытый пансион для мальчиков. Там я наконец-то завёл друзей и хоть немного, но вдохнул свободной жизни.

— В закрытом пансионе? — Бьянка недоверчиво возвела бровь.

— Как это ни странно, — подтвердил Коул. — Конечно, и там нам спуску не давали. Но мы с товарищами, действуя сообща, могли, например, сбежать ночью в город, потом вернуться так, чтобы никто ничего не заподозрил.

— Здесь важно понимать, насколько строго было с этим. Наш комендант могла выпороть за ночные прогулки. Кто впервые попадался, потом ещё много раз думал перед тем, как сбежать.

— Нас за нарушение дисциплины отправляли чистить туалеты.

— Всё, Джон, не продолжайте. Вы победили, — усмехнулась Бьянка.

— Даже не думал с вами соревноваться, — Джон слегка подался к ней. — Хотя, честно скажу, сыграть с вами в футбол я бы не отказался. Мы пришли, — быстро добавил он, не давая девушке возможности опомниться после его слов. Перед ними возникло гнетущее своей каменной мощью величественное палаццо Строцци.

— Это же музей, — начала было Бьянка.

— Символично, правда? — вставил Коул. — Я уже бывал тут и нашёл, что в ресторане на последнем этаже есть довольно удобные для переговоров комнаты. Вы завтракали?

— Я не успела, — призналась девушка.

— Вот и славно, — заключил мужчина.

Он толкнул тяжёлую дверь. Этот дом хранил историю падения одной из величайших семей Флоренции. Бьянка редко бывала здесь, но всякий раз оказываясь в этих стенах, проникалась их историей. Возможно, она действительно что-то чувствовала,но вероятнее всего, над девушкой довлело глубокое знание истории этих мест. Она немного отставала от Коула, когда они проходили через холл к широкой лестнице. Она отстала ещё сильнее, пока они поднимались. Не от усталости, а от увлечённости. От внимательного взгляда не ускользнул ряд портретов представителей семейства, которых раньше здесь почему-то не было. Интерьер дворца был скуден. Строцци во всём старались копировать Медичи, и аскетичное убранство без изысков казалось неуместным для здания, которое называли дворцом.

На последнем этаже Джону пришлось подождать свою спутницу. Когда они поравнялись, он без особого усилия отворил дверь. То, что открылось их взору, вряд ли понравилось бы главе семейства Строцци. Обширный зал ресторана был залит светом, льющимся из широких панорамных окон. Позолоченная резная мебель вступала в унисон с витиеватыми украшениями на стенах, оклеенных изумрудного цвета обоями с ритмичным золотистым узором. В середине зала стоял белый рояль, за которым сидел музыкант и без остановки наигрывал приятную мелодию. Бьянка никогда здесь не была. Она даже не знала о существовании этого места, страдавшего избытком современной роскоши на территории исторического наследия Флоренции. Девушка обомлела. Она не могла ни восторгаться, ни злиться, а потому стояла, раскрыв рот, провожая взглядом официанта в белом костюме и зелёном жилете с подносом, на котором высилась пирамида из бокалов с шампанским.