Книга Доводы нежных чувств, страница 165 – Яна Смолина

— Не знаю, — честно призналась девушка. — Могу постирать и зашить её платье…

— Немыслимо! — встряла гувернантка. — Мисс Софи не носит штопанные вещи! Она же не нищенка!

— Миссис Гарди, — в голосе Коула звякнул металл раздражения. — Прошу, оставьте нас, — он пристально взглянул на женщину. Лицо её приняло возмущённый вид и, беззвучно хлопая губами, она развернулась к двери, за которой вскоре скрылась.

Джон поднялся с места, обошёл стол и приблизился к Бьянке. Девушка продолжала стаять, сцепив руки за спиной, и старалась не смотреть на мужчину.

— Вернёмся домой, уволю её, — тихо проговорил он.

Бьянка в недоумении подняла на него глаза и в тот же миг вздохнулас облегчением, увидев доброжелательное выражение лица.

— Но я действительно потеряла контроль, — изводила она себя. — Вместе с Софи я каждый раз, будто бы, возвращаюсь в детство. Мне так хотелось показать ей те места, где я гуляла. Тогда это всё казалось мне таким интересным, полным тайн и загадок. Софи очень понравилось на развалинах акведука. Она даже нашла черепок от какого-то горшка и всю дорогу убеждала меня в том, что он страшно древний и его надо отдать в музей.

— Да, она мне показывала, — Джон улыбнулся. — Вы ни в чём не виноваты, Бьянка, — он снова стал серьёзным. — Вы показали Софи детство таким, каким оно должно быть — с разбитыми коленками и множеством впечатлений. Я бы не смог ей этого дать, а потому должен вас благодарить.

Бьянка прижала ко лбу ладонь в немом бессилии. Она столько всего уже успела себе насочинять и ждала, что Коул будет ею недоволен, а он стоял теперь тут и благодарил её за безрассудство, которое она учинила. Требовалось отдышаться.

— Вам плохо? — спросил он, кладя руку ей на плечо. — Присядьте, — он повёл её к дивану, усадил и сам опустился рядом, продолжая поддерживать девушку. — Если это всё из-за нашей скандальной гувернантки, то не стоило переживать. Мне не в чем вас винить и вряд ли вы сможете сотворить что-то такое, в чём я мог бы вас упрекнуть.

Внезапно Бьянка почувствовала, как рука Коула медленно движется от её плеча по спине и опускается всё ниже. В потоке мыслей она вдруг осознала, насколько сильно между ними нарушена дистанция. Мужчина уже почти прижимал её к себе, а она даже не пыталась сопротивляться. Бьянка взглянула ему в глаза, о чём немедленно пожалела. В вечернем полумраке они приобрели волшебный янтарный отблеск. Бьянка ясно ощутила, насколько невыносимым и нестерпимым было его ожидание. Он уже признавался ей раньше и те чувства, которые изматывали Джона всё это время, рано или поздно должны были пересилить его железную волю. Воля же Бьянки растворялась в глубине этих янтарных глаз. Коул приблизился. Девушка тоже подалась вперед и в тот миг, когда сомкнула веки, почувствовала нежное прикосновение мужских губ к её губам. Голова закружилась от окативших их обоих чувств. Коул уже касался рукой нежной девичьей щеки, уводя пальцы дальше — к густой копне пшеничных локонов. Бьянка положила ладонь емуна плечо и теперь впивалась пальчиками в плотную ткань тёмно-зелёного сюртука. Когда оба полулёжа на диване сжимали друг друга в страстных объятиях, Джон опомнился первым. Превозмогая себя, он отпустил её и нехотя отстранился. Губы Бьянки распухли от продолжительного поцелуя, который ей, судя по всему, не хотелось прерывать. Она не сразу пришла в себя после пережитого, отчего вскоре румянец окрасил её щёки.