Книга Доводы нежных чувств, страница 107 – Яна Смолина

— Вас послушать, так ничего хорошего в университете не было, — проворчал Виктор.

— Почему же, — оборвала его Патриция. — Всякое бывало, — она принялась загибать пальцы на одной руке. — Серенады под окном были, цветы под дверь с билетами в театр были, потом, Ада, что там учудил Джим Пекс?

— Боже, нет, замолчи… — Адалин смущенно прикрыла рукой лицо. — Не хочу вспоминать.

— А мне уже интересно, — оживился Виктор, глядя на то, как Адалин меняется в лице.

— Он среди ночи протянул во дворе от дерева к дереву огромную надпись «Мисс Виндлоу, будьте моей женой.» — Пати рассмеялась, заражая смехом друзей. — С утра потом комендант такой скандал закатил. Мы, как всегда, были виноваты.

— И что, не сработало? — генерал изобразил гримасу сочувствия.

— Как видите, — ответила Пати, поглядывая на подругу с улыбкой.

— Несчастный Пекс, как я ему сочувствую, — лицо Виктора расплылось в довольной ухмылке.

— Как вы столько времени держались? Я б не смогла, — призналась Бесс без особого стеснения. — Одни в окружении молодых парней, да как они вам двери не снесли?

— У нас был строгий комендант, — пояснила Патриция.

— И он, судя по всему, ненавидел нас больше всех. Когда вернёмся за вещами, разрыдается от счастья, — поддакнула ей Адалин.

— Как успехи на фронте, генерал? — решил сменить тему разговора Йозеф, разбуженный дружным смехом.

Виктор слегка помрачнел.

— Не всё спокойно, скажем так. Южные рубежи — самый сложный участок. Наше положение усугубляется эпидемией полиомиелита и другими хворями. Многие переболели и, к счастью, не все остались калеками, но защита сейчас держится на честном слове. Решись враг наступать, не уверен, что мы выдержим. Только никому, это военная тайна, — он хитросощурился и подмигнул.

— Вам присылают пополнение? Со снабжением всё хорошо? — поинтересовался Александр.

— Да, всего хватает. Но люди болеют. Чем больше новых солдат, тем больше работы Габриэлю.

— Кто такой Габриэль? — спросила Патриция.

— Наш полковой врач. Он один там со всем справляется. Есть, конечно, помощники из местных и солдат где-то получается привлечь, но в основном всё на нём.

— Как он лечит полиомиелит? — поинтересовалась Адалин.

— Никак. Ждёт, когда всё само пройдёт. Он может только облегчить страдания. Опия в аптечке пока хватает.

Адалин взглянула на Пати. Та еле заметно мотнула головой и свела брови. Эта немая сцена не ускользнула от взгляда наблюдательного Леграна.

— Что за заговор вы там устроили? А ну выкладывай, — он сурово глянул на Адалин. Некоторое время девушка превозмогала сопротивление внутреннего голоса, затем проговорила.

— Можно сделать прививки от полиомиелита, и никто не заболеет.

Над гостиной повисла тишина. Все смотрели на девушку, кто сочувственно, кто с укоризной. О вакцинации слышали многие и слышали они разное, потому зверь под названием «Прививка» казался им особенно опасным именно потому, что был незнаком большинству обывателей.

— Это что, поясни? — Виктор скрестил руки на груди.

Адалин тяжело вздохнула, уже успев пожалеть о начатом разговоре.

— От полиомиелита разработали вакцину. Сейчас ведутся испытания, и большая часть этапов пройдена успешно. У мышей и крыс развился стойкий иммунитет к болезни…

— Да ну, — Виктор недоверчиво фыркнул. — Очень рад за мышей и крыс, но у нас там люди вообще-то страдают, а не мыши.