Книга Я обязательно вернусь, страница 63 – Нора Ольвич

— Дайте поспать человеку, что за грохот — меня выталкивало из глубины сна и снова затягивало обратно. — Да что же так кричать, то. Что за паника.

Я открыла глаза, дико хотелось спать, болела голова, болели все мышцы. Потихоньку приходило понимание, где я и снова раздался грохот, мне показалось, что весь дом покачнулся, и слава всевышнему выстоял. Я стала одевать халат и увидала перебинтованные руки, сразу вспомнила, где провела ночь. Завязала халат, сняла бинты, спрятала их под кроватью, низ живота напомнил о себе давно забытыми ощущениями, обулась.

Ключ от закрытого кабинета положила в карман, и отправилась на выход, спрятав свои истерзанные руки глубоко в рукава халата. Ко мне уже спешила охрана, и дон Рикардо. С распушенными волосами, и измученным ночными приключением лицом, тихо ползущая по коридору, ох уж эти средневековые прокладки. Со стороны я производила жуткое впечатление. Кто-то меня закутал в покрывало и вынес из дома, я оказалась на телеге, ко мне сразу прижались дети, сидящие рядом, графиня стояла на земле и смотрела в сторону реки, губы ее шевелились в молитве.

Я увидела служанку, у которой должен был быть выходной, все было как в страшном сне. Затем кто-то закричал, что вода прибывает, началась паника.

— Дон Рикардо, что происходит?

— Подземные воды подошли к самому фундаменту дома, оползень, часть луга уходит под воду, так же ров, что окружает имение, наполняется водой. Будем, надеяться, что дом не затопит, хорошо, что он выстоял при обвале такого большого участка земли.

— Все в руках господа — я трижды перекрестилась.

— Ваша светлость, надо вывезти людей, которые приступили сегодня утром к своим обязанностям, по приказу графини.

— Конечно, мы не можем так рисковать ими, пусть немедленно собираются и уезжают, да благословит их господи — графиня обернулась к нам, и присоединилась к разговору.

Служанка, что стояла и слушала наш разговор, бросилась бежать к экипажу, на ходу она махала кому-то рукой. Люди спешно покидали рабочие места, оставляя нас наедине со своей бедой. По моим расчетам должны были остаться те, кто никогда не предаст и не подкинет нам в еду мышьяк.

— Где сеньора Адория, спросила у виконта — тревога стала заполнять сознание, вспомнила, что просила ее не ходить в нежилое помещение.Наши глаза встретились, его черный зрачок заполнил, мне казалось всю Вселенную.

Рикардо бросился в сторону дома, я в волнении схватила графиню Жанну за руки, хоть бы ничего не случилось.

Эти минуты для меня были годами ожидания, слезы от страха за эту прекрасную женщину бежали не останавливаясь. Я никогда не прощу себе, если с ней что-то случится. Рикардо выбежал из дома один, без нее, я громко закричала, прижав руки к вискам, дети заплакали и стали хвататься за мать. Я думала, Жанна сейчас рухнет на землю, в лице у нее не было ни кровиночки, только ответственность за детей держали ее в полном сознании. Все наши слуги сидели в экипаже, наблюдая за происходящим, не приходя на помощь виконту. Одним их желанием было уехать из этого ада. Кучер хлестнул лошадей, экипаж тронулся и стал удаляться в сторону моста.

Виконт же выбил окно на кухне камнями, что лежали во дворе, ему на помощь пришел кузнец и муж нашей сеньоры повара. Так же они помогли забраться виконту в разбитое окно и проникнуть на кухню. Через какое-то время в разбитом окне показалась донна Адория с забинтованной головой и повариха. Их еле вытащили из дома через окно, дамы были все в мокрой одежде. Посадив сеньору рядом со мной на телегу и укутав ее в одеяло, этот мужественный человек обнял свою любимую, и прижался головой к ее груди, его плечи тряслись от рыданий, Адория же тихонько гладила его волосы и что-то шептала ему. А я смотрела на них, не отводя глаз и понимала, что вот настоящие чувства, выстраданные годами, без фальши и игры. И это были слезы сильного мужчины, он не должен был их стыдиться.