Книга Я обязательно вернусь, страница 24 – Нора Ольвич

С документами аббата я ознакомилась на очередном привале. Аббат Антонио Гутьеррес пытался предусмотреть всё, но так и не успел этим воспользоваться.

Итак, в документах значилось, что граф Антонио де ла Гутьеррес с четырнадцатилетним сыном Филипом и дочерью Каталиной — близнецамипо рождению, едет в родовой дом своей жены во Францию, в пригород Тулузы. По моей же легенде в дороге на карету напали, отца и сестру (брата) убили, нас ограбили. Мне чудом удалось спастись.

Каталина — я или Филипп — это уже по ситуации, отец в сражении погиб. Денег в мешочке было прилично, на мой взгляд. Много было больших золотых монет, а так же золотых монет меньшего размера, и серебра разного достоинства.

На восемнадцатый день своего восхождения, я встретила пастуха. Мой несовершенный французский, его хватило понять, что я уже нахожусь на территории Франции. Вид у меня был очень изможденный, мужчина угостил свежим сыром, я же предложила ему в обмен яйца серо коричневых птиц, их у меня скопилось много. Есть уже их не хотелось, отношения наши наладились.

Моя история впечатлила этого простого и работящего мужчину. Я попросила разрешение у пастуха идти с ним до селения, обещая помогать во всём, так как работы не боюсь. С Михелем мы добрались до ближайшего поселения примерно дней через десять, постепенно спускаясь всё ниже и ниже, я отрабатывала свой хлеб и сыр, как могла, вернее мог. Надеюсь, мой французский стал немного лучше. Свое изящное телосложение я компенсировала смелостью и энергией, гоняя овец, что пытались отбиться от стада.

Михелю рассказала про ограбление, что отец погиб, и я иду к родственникам в Тулузу. Семья у пастуха была большая, жили они все вместе в большом доме, что стоял в подножии тех самых гор, откуда я пришла, в одной большой комнате c очагом посередине. Я затерялось среди них, помогая по хозяйству. Присматриваясь, наблюдая, делая выводя. Неделю я жила в этой трудолюбивой семье, совершенствуя французский язык, наслаждаясь семейным уютом и общением. Ночевала на сеновале, дабы не привлекать внимания этих добрых людей к разным странностям в быту, которых у мальчика быть не должно. Если они о чём то и догадывались, то виду не подавали. Мари — жена Михеля узнала как-то, что соседи везут в Тулузу на ярмарку сыры, вино и что нам вроде как по пути, они могут меня отвезти в город.

Это было очень кстати, я торопилась, тревога, что меня найдут, опять гнала все вперёд и вперёд. Не давая уснуть. А может и нечто другое, ведь кто её знает судьбу. Спасибо ей за данный шанс на спасение, которым я смогла воспользоваться. Может быть, Всевышнийрешил, что я буду полезна для этого мира, и смогу внести свою лепту в его развитие. Будем упорно работать, и может всё у меня получиться.

С семьёй пастуха расплатилась тремя маленькими серебряными монетами за простой и питание. По растерянно благодарному взгляду Мари я поняла, что для них это немалые деньги. Обняв её и попрощавшись, тронулась в дальнейший путь.

Конечно, я не собиралась ехать в пригород Тулузы в имение графа Антонио де ла Гутьеррес. Думаю, меня там уже ждали. Ведь кто-то же посылал аббата за мной. На документах были проставлены печати, похоже из сургуча. Сам же оттиск, вероятно, был гравировкой семейного перстня, которого я не видела на аббате. Кто-то же ставил эти печати, и он же вероятно знал содержание данных грамот. А если про них знают два или три человека, то знают очень многие, кто заинтересован в устранении внебрачного ребёнка высокопоставленной особы из соседнего королевства.