Книга Станешь моей на один вечер, страница 2 – Зарина Цурик

— Всё равно лучше, чем прозябать на диване, — буркнула она, нахмурившись. Чтобы занять руки и рот, она зачерпнула горсть попкорна, половину отправила себе, а вторую половину бесцеремонно запихнула в рот Вадиму.

Он даже не поморщился. Ему хватило пары секунд, чтобы прожевать и проглотить это «подношение». Полина снова уставилась в экран, но парочка впереди окончательно перетянула одеяло внимания на себя. Видимо, полумрак зала создавал у них иллюзию полной невидимости. Или же им было просто наплевать на весь остальной мир.

Девушка, сидевшая впереди, внезапно соскользнула с сиденья и опустилась на колени перед своим парнем.

Полина поперхнулась. Попкорн чуть не вылетел обратно. Бросив быстрый взгляд на Вадима, она увидела, что он неподвижно смотрит вперёд. В его глазах отражались блики экрана, рассыпаясь искрами, словно крошечные звёзды. Он казался воплощением спокойствия.

«Неужели я одна это вижу?» — пронеслось у неё в голове. Полина застыла, не в силах отвести взгляд от происходящего впереди, всё ещё отказываясь верить своим глазам.

В этот момент Вадим медленно перекинул руку через спинку её сиденья. Его пальцы мягко, но властно коснулись её подбородка, заставляя повернуть к нему лицо.

— Не пялься так откровенно, — его голос стал на октаву ниже и приобрёл бархатистую, вибрирующую интонацию. — А то они решат, что у них появились фанаты, и не остановятся на этом.

Полина сглотнула. В горле пересохло, а сердце, казалось, готово было пробить грудную клетку.

— Я просто в шоке, — едва слышно выдохнула она. — Теперь я не могу… взгляд сам туда скользит.

Вадим не убрал руку. Напротив, он чуть сильнее сжал её подбородок, сократив расстояние между ними так, что их носы почти соприкоснулись. В темноте его глаза казались бездонными колодцами, в которых не было ни дна, ни правды, ни спасения.

— Тогда смотри на меня, — произнёс он.

Атмосфера в зале действительно стала неповторимой. Вот только фильм был здесь совершенно ни при чём.

Большой палец, Вадима, размеренно поглаживал кожу через ткань ее любимой толстовки, вызывая мурашки. Это прикосновение было таким привычным, таким дружеским и в то же время таким… запретным.

Кончиком языка Полина едва коснулась пересохших губ, а затем, словно спохватившись, резко вскинула брови, пытаясь придать лицу выражение крайней заинтересованности.

— Фильм ужасный, — слишком резко, слишком громко для интимной темноты зала сменила она тему.

Вадим, кажется, даже не заметил её внезапной перемены в настроении или, по крайней мере, умело это скрыл. Он лишь лениво усмехнулся, не сводя глаз с экрана, но его палец продолжал свой гипнотический танец на её плече.

— Знаю, — подтвердил он. — Но это было лучшее, что предлагала программа на сегодня.

От такого неожиданного, такого близкого и нежного прикосновения Полина не сразу поняла, что её тело предательски напряглось. Она чувствовала, как к щекам приливает кровь, а дыхание становится прерывистым. Её выдавало всё: дрожащие кончики пальцев, лёгкая испарина на ладонях и даже мельчайшее подрагивание век. Она была на грани полного разоблачения.

Резко вырвавшись из его объятий, словно ужаленный зверек, Полина буквально растеклась по сиденью, пытаясь слиться с мягкой обивкой. Она постаралась придать себе максимально утомленный вид, как будто все силы из нее высосал фильм, а не прикосновение друга детства.