Книга Отдых особого назначения, или я (не) буду твоей, босс, страница 36 – Грета Берг

Я уже хищно предвкушаю, как буду стягивать с нее блузку и белье. Целовать ее нежную кожу, ласкать маленькие сосочки.

Чувствую, как во мне будоражит желание.

Я снова подхожу к ней. Она намеревается уйти, но я тут же подхватываю ее на руки. Она начинает верещать.

— Отпусти меня, урод! Ненавижу тебя! — она старательно бьёт меня кулаками по спине. Мне же становится весело. Давно я так не развлекался. Пока я несу ее через вокзал на нас все оборачиваются. Но мне пофиг. Я — хищник. Она — моя добыча.

— Отпусти, я не хочу с тобой никуда ехать! — зло шипит на меня.

— Здесь мое слово имеет значение.

— Ненавижу тебя, — повторяет моя красотка. А это заводит меня ещё сильнее.

Алина

Нахал, подлец, урод, сволочь! Ненавижу! — мысли гневно смешиваются в голове. Как так можно было: схватить человека и запихать его в машину без всякого на это согласия?

Ну ладно, я тебе ещё покажу кто такая Алина!

Только попробуй ко мне прикоснуться!

Подъехав к отелю, он выпускает меня из машины.

Надо же, какая галантность.

Мы входим в фойе отеля, и он указывает мне, где мой номер. Значит, знал, что найдет меня и заберёт.

Вот черт.

— Сегодня мы вылетаем в Сочи.

— Пока ты не извинишься за свое поведение я с места не сдвинуть. Ты понял?

Он с интересом смотрит на меня. Не ожидал видимо такой грубости. Вот и прекрасно.

— За что, интересно?

— Уже за все, — грублю я. — Но учитывая, что ты наглец, достаточно будет извиниться за твои необоснованные подозрения!

Он молчит. Я же демонстративно жду. Но Роман, словно не спешит никуда. Он прохаживается по комнате туда-сюда.

Неужели он не может извиниться за свою грубость? Но ведь это так просто!

Я в недоумении смотрю на него.

— Тебе сложно извиниться? — вполне спокойно спрашиваю я. Он продолжает молчать.

Я подхожу к нему. Он стоит, уставившись в окно. Ни один мускул не дёргается на лице. Просто камень. Бесчувственный, бессердечный камень.

— Рома, — тихо зову я. — Попросить прощения это несложно и не страшно. И тем более это не показатель слабости.

— Я сам знаю.

— Тогда в чем проблема?

— Нет никаких проблем.

— Отлично, — в моем голосе начинают звучать недовольные нотки. — Тогда ты должен понимать, что ты меня обидел.

— Зато ты возможно подослана ко мне вынюхивать информацию.

— Опять двадцать пять. Ты безнадёжен.

Я устало вздыхаю и ухожу в соседнюю комнату. Какой же дурак этот Рома. Взрослый, крепкий мужик, владеет бизнесом, а такой идиот.

Через полчаса он снова приходит ко мне и зовёт на ужин.

Вынуждена согласиться, потому что почти весь день ничего не ела. А нам предстоит ночной перелет.

За ужином он продолжает молчать. Интересно, о чем он думает? Решает извиняться или нет? Я тоже молчу. Наблюдаю за ним.

Он то возьмёт вилку, то нож, то все бросит. Сделает глоток вина.

— Рома, — не выдерживаю я. — Успокойся. Хорошо, я полечу в Сочи. Но все равно жду от тебя извинений.

— Алина, — наконец, произносит он. —Я всегда прав. В своих действиях, поступках и мыслях. И я не считаю, что это было моим косяком.

— Окей, — соглашаюсь я. — Мне все понятно.

И мне действительно все понятно. У него явные проблемы. Ладно, посмотрим, что будет дальше.

После ужина я быстро собираюсь. Мои чемоданы уже давно упакованы в машину.

Нас отвозят в аэропорт. На контроле меня тормозят. Вес вещей превышает допустимую норму.