Книга Как я в сказке любовь искала, страница 15 – Ксения Хиж

- Ни одна из невест не могла этого сделать, - тихо произнёс он. – Всем было все равно!

Третье, последнее испытание, оказалось самым странным.

Нам преградил путь настоящий страх.

Не существо, а сама эмоция, сгустившаяся в чёрный, непроглядный туман. Он стелился по земле, и из него доносились самые ужасные звуки: плач кота Васьки, злобный смех Кощея, шепот стражей.

- Он питается сомнениями, - сказал Влад, и его собственное лицо побледнело. – Этот туман нельзя обойти. Нужно пройти сквозь него, не поддавшись эмоциям, паники, слезам. За туманом портал.

Мстислав у ног жалобно замяукал. Я выдохнула и сделала шаг в туман.

Холод объял меня, и голоса стали настойчивее.

- Ты не справишься, - шипели они.

- Ты никогда не вернёшься домой. – Вскрикивали.

- Ты умрёшь здесь в одиночестве.

Сердце бешено колотилось. Я обернулась, ища глазами Влада, но его не было видно.

Я распрямила плечи.

- Я не одна, - прошептала в туман, глядя вперёд. – Со мной лес. Со мной Влад. Со мной вера.

И сделала еще один шаг вперед, затем другой, не слушая шепот, не оглядываясь.

Туман дрогнул, засверкал изнутри тысячами крошечных звёздочек и рассеялся, словно его и не было.

Я стояла на краю огромной, залитой лунным светом поляны. А посреди неё висел в воздухе, переливаясь, как мыльный пузырь, искажающий пространство, тот самый портал. Дверь домой.

Я обернулась. Влад стоял позади, его лицо было серьёзным, а в глазах читалась смесь восхищения и грусти.

- Лес тебя пропустил, Алена, - тихо сказал он. – Теперь выбор за тобой.

- Я вернусь! – прошептала я, подхватывая Мстислава, что с разбегу прыгнул мне на руки. – Мы скоро вернемся!

Я улыбнулась ему, стоя на залитой лунным светом поляне, чувствуя под ногами прохладную, упругую траву, вдыхая густой воздух от аромата цветов и дикого мёда. А потом произошла вспышка и я с размаху приземлилась в колючие заросли малины на бабушкином огороде, с силой прижимая к себе взъерошенного, громко ругающегося на кошачьем языке Мстислава.

В ушах стоял оглушительный звон, а перед глазами плясали разноцветные пятна, медленно складываясь в очертания покосившегося сарая и знакомого крыльца.

- Тихо, котяра, мы дома, - прошептала я.

Решение поехать на Урал созрело мгновенно. Бабушка Таисия, выслушав мой сбивчивый рассказ, лишь многозначительно вздохнула и вручила мне старую, истончившуюся карту, нарисованную на куске холста.

- Ищи малахитовое сердце гор, дитятко. Там, где спит каменный цветок, ты найдешь то, что нужно. Заблудиться не бойся, с наступлением ночи, если не отыщешь нужное место, тебя вновь перенесет волшебство на станцию. И так всякий раз, пока не передумаешь или не найдешь царевну. Я знала, что ты поможешь. Тебя так долго все ждали.

Развернув свиток, я ахнула.

Не карта, а произведение искусства, вышитое на грубом холсте шелковыми нитями. Здесь имелись знакомые очертания Уральских гор, но вместо названий городов и рек вышиты символы: дремучие ели с глазами, ручьи, в водах которых плескались девы, и сердце, сотканное из зеленых ниток, похожих на малахит.

Дорога в поезде заняла двое суток, которые показались вечностью.

Мстислав, к моему величайшему удивлению, вёл себя как самый образцовый пассажир. Он величественно восседал на полке, позволяя себя гладить восторженным попутчикам, и благосклонно принимал подношения в виде кусочков колбасы.