Книга Ошибка, которая лишила меня всего, страница 19 – Оксана Лебедь

— Тебе уже можно? — шепчу я, запрокидывая голову.

Она ни чего не отвечает, обхватывает мой член ладонями и начинает двигать ими. Лицо заливает вода, а в голове образ Марии стоящей позади меня полностью обнаженной, ее тело поблескивает от воды. Движения становятся все более настойчивыми, я стону, все тело напрягается, я едва могу стоять на ногах придерживаюсь за стену. Мария целует меня в щеку, поворачиваюсь, мы едва касаемся губами, пытаюсь открыть глаза, но вода затекает в них и я не могу.

Как же мне хочется к ней прикоснуться, но я боюсь нарушить ее настрой, мы так давно не были вместе… восемь месяцев…

Я почти бьюсь в экстазе, хриплю, плавать кто нас услышит, и тут чувствую как она обходит меня и опускается на колени, ее губы обхватывают головку члена, это теплое прикосновение, оно сводит с ума… Раньше Мария не была такой активной… Она больше с выключенным светом. Похоже голод не только меня изводил. Она полностью засовывает мой член себе в рот, по телу словно пускают разряд тока, меня всего трясет, кладу руку ей на голову, еще немного и я кончу, подаюсь бедрами немного вперёд, помогая жене доставлять мне удовольствие. Но тут чувствую что волосы немного грубей, внутри что-то щелкает, появляется тревожная нотка. Замираю, но губы на моем члене продолжают двигаться.

Пытаюсь смахнуть воду с глаз, но она продолжает их заливать, но даже сквозь эту призму я замечаю черные волосы… Внутри все обрывается, сердце стучит в висках. Резко отшатываюсь, вжимаюсь в край кабинки. Передо мной, на коленях,

Рита

Ее губы немного приоткрыты, взгляд томный, она закусывает губу, смотрит на меня с желанием ивластью.

Я не сразу верю.

Мозг отказывается это принять. Хочу думать, что ошибся, что это просто галлюцинация от усталости, от стресса. Но нет.

Её глаза, тёмные, цепкие, будто смотрят прямо в душу. Её мокрые волосы липнут к лицу, капли скатываются по коже.

Она поднимается медленно, спокойно, как будто всё происходящее — норма.

— Что ты... — голос срывается, я кашляю, почти захлёбываюсь словами. — Что ты делаешь здесь?!

Она делает шаг ко мне.

— Тише, Кирилл, — говорит мягко, почти шепчет и ее рука мягко скользит к моему упавшему члену. — Всё хорошо. Я знаю что тебе нужно после тяжелого дня.

— Вон. — Я отбрасываю ее руку, ищу выключатель, полотенце, хоть что-то. — ВОН отсюда! Немедленно!

Но Рита не двигает. Стоит напротив меня, мокрая, бледная, будто призрак.

— Ты ведь рад меня видеть, — произносит тихо. — Я чувствовала это.

— Уходи. Это мой дом. Здесь моя жена. Мой ребёнок. — Я трясу головой, не узнаю собственный голос. — Ты совсем рехнулась? Что ты творишь!?

Рита слегка склоняет голову.

— А мне кажется тебе все очень понравилось, мне помниться я даже слышала твой стон — её голос почти ласковый, но в нём что-то хищное. — Ты ведь не думал, что это товя ханжа пришла к тебе?

Меня будто прошибает током.

— Ты больная. — Я шепчу это, не чувствуя губ. — Убирайся, слышишь? Пока я не…

Я не договариваю. Не знаю даже, что хотел сказать. Закричу, чтобы Мария увидела меня в душе с Ритой? Я ни чего не могу сделать, я узник в собственном доме.

Она медленно открывает кабинку и выходит, задерживается, смотрит на меня через плечо, словно ставит какую-то печать на мое тело и уходит.

Я стою, вода всё ещё льётся, уже холодная.