Книга Измена. Отдай мне всё!, страница 45 – Диана Фад

— Нисколько.

— Я хочу тебя. Ты еще один ценный приз в моей копилке.

Какое-то время смотрю на эту женщину, которая улыбается, сверкая возбужденными глазами.

— Так я не против. Есть единственное «но».

— И какое?

— Не могу изменять жене, я так воспитан. Придется подождать, пока не решится вопрос с разводом и Веру не посадят надолго. Доказательств хватает, а скоро еще будут.

— В смысле еще? — нога под столом исчезает, и я внутренне расслабляюсь.

— Вера сказала, что незадолго до смерти Валентина в доме поставили видеокамеры, которые не только ведут съемку, но и записывают разговор. Камеры активируются по движению и на звук. Так что теперь вина моей жены будет доказана на все сто процентов. Она явно о чем-то говорила со своим любовником, а также в момент убийства они, скорее всего, поругались, что-то не поделили.

— Камеры? Какие камеры? — бледнеет Гришина. — Валентин ничего не говорил мне про камеры.

— Тебе? А почему он что-то будет тебе говорить? Впрочем, уже неважно. Завтра следователь изымет из дома все камеры и увидит, что там. Так что моя жена сама себя закапывает еще глубже.

— Уже завтра…

— Да!

— Кулагина, на выход, с вещами!

Медленно встаю с кровати и пару секунд жду, пока пройдет головокружение.

— Мне дважды повторить? — сердится конвойный.

— Минутку, — оглядываю камеру, у меня и вещей-то тут совсем нет.

Смена белья, пара футболок, что я повесила сушить после стирки в раковине. Сгребаю все обратно в пакет и выхожу из камеры.

— Куда меня? — спрашиваю конвойного.

— Лицом к стене.

Ну что за люди такие, неужели трудно сказать? Если переводят обратно в общую камеру — плохо, а о свободе я и думать не могу. Слишком несбыточно. После визита Максима прошло десять дней, и ничего. Адвокат тоже не появлялся, как и следователь. Такое ощущение, что про меня все забыли.

Идем, петляя по коридорам, и я оказываюсь перед дверью, которая ведет в общий приемный отсек.

— Свободна! — приказ буквально взрывает все мои чувства.

Что значит свободна?! Совсем?! Оглядываюсь недоуменно на конвойного, но он уже ушел, оставляя меня одну. Толкаю тяжелую железную дверь и выхожу в так называемый предбанник, где меня ждет адвокат. Улыбается, протягивает какую-то папку с документами.

— Ну что, Вера Константиновна, хочу вас поздравить, — пожимает мне руку.

— С чем? — я все еще не могу поверить, что все закончилось.

— С тем, что нашли настоящего убийцу.

— Но как?!

— Об этом вам, думаю, расскажет Максим Дмитриевич, он ждет вас на улице. А я, с вашего разрешения, пойду, дела, знаете ли.

Адвокат уходит, а я подхватываю свой пакет и, будто за мной гонятся, вылетаю за дверь на улицу. Сразу хватаю ртом воздух, вдыхая влажность дождя, и подставляю лицо ледяным каплям. Свобода! Раньше у меня это слово ассоциировалось с чем угодно, но только не с тюрьмой. Свобода мысли, движений, действий, сейчас оно приобрело совсем другой смысл. Я свободна в полном смысле этого слова. И вопрос почему меня волнует, даже очень.

Опускаю взгляд, стирая горячие слезы со щек, и вижу машину Максима, а сам он стоит у приоткрытой двери.

Медленно подхожу к нему, встаю напротив. Смотрим друг другу в глаза и молчим.

— Поехали домой, Вера? — наконец спрашивает Максим.

— Ненадолго, — киваю ему, сдерживая порыв броситься мужу на шею и зацеловать от счастья.