Книга Измена. Отдай мне всё!, страница 17 – Диана Фад

— Лилия Анатольевна свою работу знает и сделает все в срок, — перебивает мужчину Алексей. — Ей не нужно с нами лазить по стройкам, она отвечает за отчетность, а данные мы ей предоставим.

— Хороша работа, — усмехается Николай. — С ней спят и все на блюдечке приносят.

При этих словах Слава поднимается с дивана, на котором сидел.

— Что ты сказал? — сжимает он кулаки.

— Что слышал, — встает лысый. — Или я не прав?

— Если тебе Лилька не дала, это не значит, что ты можешь ее оскорблять, — хмыкает Алексей.

— Дала не дала, какая разница? Я же вижу, как вы все перед ней расстилаетесь, надеясь, что вам конфетку выдадут. А вот она выбирает кого получше, да, Максим Дмитриевич?

Тут уже я не стерпел. Встал и вмазал этому лысому, да так, что тот улетел на пару метров назад, круша столы и стулья на своем пути. Начались крики, музыку выключили. А пузатый встал, вытирая кровь на разбитой губе.

— Не дала, значит, — произнес он посмеиваясь. — Ничего, таких как ты Лилька любит.

Делаю в его сторону шаг, но меня цепляет за руки Слава.

— Оставь, пусть идет. Он постоянно к Лильке подкатывает, только без толку все, — произносит мужчина, а лысый уходит, подхватив свой пиджак со спинки стула.

— Я домой, — вырываю свой локоть из рук Славы и достаю из кармана пиджака портмоне, кидаю на стол несколько купюр. — Завтра в девять.

Оставшиеся члены комиссии кивают, а я выхожу на улицу, вдыхая прохладный воздух полной грудью. Затем сажусь в машину и еду домой. Пива во мне всего пара глотков, так что, считай, и не пил совсем, а приключений на год вперед набрался. А дома снова она, Вера. Ходит за мной, внимание проявляет, ая не могу. Вот не могу и всё тут. Понимаю, что жена — это не Лилия, однако, когда смотрю на Веру, то думаю, а вдруг она такая же? Может, если бы не была за мной замужем, тоже вертела мужиками как хотела, и они обсуждали кому дала, а кому не дала. Что может быть позорного для женщины, чем это?

И вот это ее «нам нужно поговорить» меня выводит из себя. Ухожу в кабинет, делая вид, что много работы. Но Вера требует разговора, который я не могу ей дать. Она требует от меня каких-то слов, объяснений, а я и сам не знаю, что происходит.

— Мы же любим друг друга, да? — шепчет Вера. — Ты меня еще любишь, Макс? Или…

Как же меня ломает от этих слов. Что значит люблю или не люблю? Раньше я говорил это легко, не задумываясь, потому что чувствовал: да, люблю, а сейчас? Правду я сказать не могу, потому что у меня ее просто нет. Произнести то, что в голове? Как я могу объяснить своей жене, что она вызывает у меня раздражение и негатив? Что я вижу в ней другую, совершенно наглую, беспринципную сучку. И как мне сказать, что тянет меня сильнее магнита к той, а не к жене? И это за каких-то три дня. Я не могу сказать это Вере. Я лишь могу соврать и подождать еще несколько дней, пока эта дрянь не уберется из города. Только тогда все встанет на свои места, только тогда я снова буду любить свою жену, а пока:

— Конечно, я тебя люблю, Вера…

Сегодня мой первый рабочий день после отпуска, и я просто счастлива выйти на работу. Никогда бы не подумала, что буду ждать этот свой рабочий день, но быть дома последние дни мне стало невыносимо. Мужа я почти не видела, он все время где-то пропадал. Даже в выходные, что я собиралась провести вместе, он нашел себе дела.