Книга Яд твоего поцелуя, страница 81 – Диана Фад

— Я всё расскажу папе, — вскидывает на меня заплаканные глаза. — Он с тебя шкуру сдерет за Леру.

— Рассказывай, моё отношение к тебе станет только хуже. Я уже сказал, уходи, — иду в свой кабинет, оставляя младшую Княжину рыдать на полу. Ну что за бабы в этой семье. Вроде бы и всё у них есть: деньги, красота, а достоинства нет. Хотя у Лерки было, да. Она по-своему красива была, если бы следила за своим весом. Лерка со стальным стержнем была, хоть и любила меня до дури. А эта словно каша, красивая, глупая, надоела.

— Ты ещё пожалеешь! — кричит из гостиной Аля, а я усмехаюсь, закрываю дверь в кабинет, чтобы не слушать её рыдания.

Всё как ты и хотела, Полина. Теперь я свободен и могу полностью стать твоим. Дай мне только шанс.

Уснул ужеза полночь, когда допил почти всё, что было в бутылке. И первый раз мне приснилась покойная жена. Раньше никогда не снилась, а в этот раз я видел её совсем рядом, она сидела на моей кровати и смотрела на меня осуждающим взглядом.

— Ты убил меня, — сказала Лера, а затем начала смеяться.

Вначале смех был нормальным, а потом перерос в жуткий, со оскалом и искривлённым ртом. Я проснулся от страха и собственного крика. Сердце билось так, что готово было взорваться в груди. Никогда мне не было так страшно, как сейчас. До дрожи в руках и холодного пота по телу.

Встал и пошёл в душ, подставляя лицо и плечи под почти горячую воду, чтобы согреться. Перед глазами так и стояло страшное лицо Валерии, теперь будет мерещиться везде. Её тело так и не нашли, возможно, что она и правда мертва, что более вероятно. Сколько времени уже прошло, была бы жива, объявилась. Надо сходить в церковь, свечку поставить за упокой или что там обычно убийцы делают, чтобы им их жертвы не снились?

Из душа вышел, закутавшись в теплый махровый халат, и сварил себе крепкий кофе, сыпанув туда несколько ложек сахара. Уснуть я уже вряд ли смогу, да и побаиваюсь, если честно.

Звонок тестя застал меня в кабинете, где я разбирал документы по недвижимости, что должна скоро отойти мне по наследству от жены.

— Срочно приезжай, — кротко произнес Станислав Борисович. — Аля отравилась.

Бумаги рассыпались по полу, а трубка телефона выпала из рук. Нет, мне не было жаль Алевтину, я боялся неприятностей, которые за этим последуют. А с другой стороны, чем это не способ убрать с дороги Княжина навсегда? Разве не к этому мы шли? Смерть обеих дочерей явно скосит старика с ног.

— Георг, дай ему письмо моей дочери, — старик Княжин смотрит на меня как на вонючего клопа, которого сейчас раздавит. Вот же силы у него, сам инвалид, старшую дочь похоронил, а смотрит как волчара. Ничего эту сволочь не берет, даже горе.

Ко мне подходит еще один престарелый дурак, всю жизнь проработал шестеркой Княжина. Георг протягивает мне обычный тетрадный лист в линейку. Брезгливо беру этот кусок бумаги в свою руку и отворачиваюсь, чтобы спокойно прочитать, но вот спокойно не получается.

«Папа, я приняла это решение не просто так. Я беременна, и отец моего ребенка — Быстрицкий Даниил, муж моей покойной сестры. Но он меня не любит, я с ребенком ему не нужна. Поэтому прошу, прости меня. Я очень сильно тебя люблю и представляю, как ты будешь горевать, но жить без Даниила я не могу. Прощай, папа, не сердись на меня. Ты всегда любил больше Леру, а я не смогла тебе ее заменить».