Книга Не говори, что любишь – 1, страница 61 – Диана Фад

Никита берет меня жадно, развернув к себе спиной и наклонив вперед. Слышу, как резко отрывает фольгу, надевая презерватив, и через секунду он вторгается в меня, безумно бьется резкими толками, крепко и до боли впиваясь руками в мои бедра. Толчки настолько резкие и быстрые, что я не успеваю за ним, отдаюсь на волю его рук, которые сами меня направляют, а я только клацаю зубами от скорости и силы толчков.

Меня это так заводит, что скоро я уже почти кричу, всхлипывая, и чувствую, что сейчас потеряю сознание от резкого прилива такого дикого желания, кончаю так сильно, что падаю, не чувствуя под собой ног. Никита держит мое повисшее тело, продолжая насаживать на себя, дергается и кончает с громким стоном, ударяя в меня горячей спермой так, что я даже чувствую, как она бьет внутри меня.

Никита оттягивает меня за волосы, намотав их на руку, и поднимает голову вверх, разворачивая к себе. Впивается в мои губы и жадно целует. Я ощущаю во рту металлический привкус крови, но не прекращаю поцелуй, глухо всхлипывая от такой полноты чувств. Он почти приподнимает меня за ягодицы, вжимаясь между ног своим, еще твердым, членом, и трется своей грудью о мои соски. Включает душ, регулируя воду, и мы стоим, целуемся, пока вода бьет своими струями наши лица, плечи, спины.

— Я схожу с ума по тебе, — вдруг говорит Никита, снова вставляя в меня свой член, задрав одну мою ногу себе на бедро, и медленно двигаясь.

— Боюсь, что я умру как-нибудь, — всхлипываю я, полностью отдаваясь в его власть. А Никита продлевает удовольствие уже не так яростно, как несколько минут назад. Просто скользит, входит на полную и снова отстраняется. В таком положении я чувствую, как он задевает мой клитор и от этого уже готова его умолять не останавливаться, продолжать. Сколько длится эта пытка, я не знаю, совсем не чувствую времени. Когда во мне взрывается оргазм, я кусаю голое плечо Никиты и рыдаю от полноты чувств. Мои нервы просто не выдерживают такого. Слезы текут по моим щекам, пока Никитабурно изливается на плитки пола и тяжело дышит мне в макушку.

— Ну что ты, маленькая? Ты что плачешь? — пугается он, пытаясь поднять своими руками мое лицо и целуя щеки, губы, лоб.

— Я… Мне настолько хорошо, точнее сладко, нет. Я не могу объяснить, — продолжаю всхлипывать. — Мне кажется, что я сейчас умру и именно этот раз, будет последним, настолько все сильно, ярко.

— Так бывает, — посмеивается Никита. Прижимая меня к себе и гладя по мокрым волосам.

— Так не должно быть, — немного успокаиваюсь. — Я люблю тебя, Никита.

— Любишь … — говорит он и немного погодя отстраняется, заглядывая мне в глаза. Ничего не говорит, отводит взгляд и выключает воду, выходя из кабинки. Я стою, прикрыв голую грудь, слышу в другом помещении какие-то голоса, но потом все стихает. Никита возвращается ко мне с полотенцем и начинает вытирать мне волосы, затем спускается, касаясь тканью чувствительных сосков, отчего я вздрагиваю, и осторожно вытирает меня внизу.

— Я могу и сама, — пытаюсь оттолкнуть я его руки, но он не отстает, просто ему нравится, да и мне тоже. — Я люблю тебя, — повторяю я, вцепившись в его руку и останавливая его. Жду ответ, ищу его в глазах, в губах. Ну, скажи, пожалуйста, прошу, что ты тоже любишь меня? Молю я молча.