Книга Не говори, что любишь – 1, страница 28 – Диана Фад

Что происходило дальше, помню как в тумане. Очнулась, когда Никита сунул мне в руки рюкзак и, развернувшись, ушел. Стою посреди коридора, не понимая, где нахожусь, чувствуя, как поджимаются пальцы на ногах. Резкий звонок по окончании лекции заставил меня подпрыгнуть, и я почти выбежала на крыльцо, пытаясь отдышаться. Стоять так близко к Никите мне противопоказано. Ни один парень никогда не вызывал во мне такую смесь эмоций и страсти.

На талию снова легла чья-то рука и меня развернул к себе Артур, впиваясь своими мокрыми губами в мои. Жевал губы, пытаясьпросунуть язык, уперлась ему в грудь и попыталась оттолкнуть. Он отстранился от меня, как обычно, засовывая свои руки мне под рубашку и играя соском через тонкий лифчик. Стукнула по рукам, заставляя их убрать, да что он себе позволяет?!

— Ты меня ни с кем не попутала? — сквозь зубы прорычал Артур, убирая от меня руки и засовывая их в задние карманы джинсов. — Я неделю не мог до тебя дозвониться, в универе ты старательно избегала меня. В чем дело?

Артур сердито смотрел на меня, расставив ноги и распрямив плечи.

— Я… Не хочу больше с тобой встречаться, — выпалила на одном дыхании, отступая от Артура на шаг.

— Мы еще и не встречались с тобой, ты мне так и не дала, королева, — зло усмехнулся парень. — Все дают, а ты не даешь. Может, с тобой что-то не так?

— Все со мной так, — сердито огрызнулась я. — Может, это с тобой что-то не то? Раз все тебе, как ты говоришь, дают?

— Ты злая, потому что еще не раскупорил никто? Пора бы уже, а то зарастет все.

— Ты следи за своим языком, придурок.

— А то что? Матери пожалуешься? А твоя моей все расскажет? Так не страшно, говори, они ждут не дождутся, когда мы поженимся, и не поверят тебе.

— Я никогда не выйду за тебя замуж!

— Что ты сказала? — подхватил меня за руки Артур, больно сжимая за локти и притягивая к себе. — Так вот, детка, — зашептал он мне с угрозой на ухо. — Мы с тобой поженимся, и чтобы ты себе там ни придумывала, я хочу жену-целку, а не шваль всякую, и первым у тебя буду я, а не кто-то другой. Тебе ясно? Ясно, я сказал? — затряс он меня, заставляя клацать зубами.

— А ну, отпусти меня! — гневно зарычала я, вырываясь из его цепких пальцев, что наверняка оставили синяки на коже.

— Наши семьи уже давно обо всем договорились, так что наслаждайся свободой, но если узнаю, что ты легла под кого-то, убью, — оттолкнул меня Артур и спустился с крыльца, направляясь к своей машине.

Я стояла, потирая руки, и всхлипывала, стараясь не заплакать. Не столько было больно, сколько обидно. Слова Артура не напугали меня, но приятного было мало. Конечно, при желании сын банкира мог организовать мне много неприятностей, но выходить за такого придурка замуж … Нет уж, ну не убьет же он меня в самом деле!

Подхватила с пола свой многострадальный рюкзак и, еле передвигая ногами, направилась к машинес водителем. Моя была в ремонте, и несколько дней в универ меня возил Виталик. Отец узнал, что я брала мотоцикл, и тот просто исчез из гаража. В этом весь мой отец, если возникают проблемы, значит, их надо просто устранить. Не слушается дочь, взяла запрещенную игрушку, все — нет игрушки.

Только в машине я вспомнила, что Никита сказал про вечер. Он сказал, что заедет в восемь, и куда мы пойдем? Что еще придумает этот тип, чтобы принять мои извинения? Может, не нужно было вообще с ним разговаривать? А теперь придется встречаться, выполнять его желания? Так я рассуждала, сидя в машине и слушая тихую музыку, совсем не обращая внимания на улыбающегося мне Виталика, так и хотелось спросить, тебе что, матери моей мало, что ли? Но я просто отвернулась к окну, глядя на мелькавшее вдали море, которое иногда появлялось между деревьев. Чтобы Никита не подумал, я пойду с ним на встречу, отказаться от этого я не могла. При одной мысли только о том, что через четыре часа я его увижу, на моем лице появлялась улыбка, которую я с трудом подавляла. Будь что будет, я хочу увидеть Никиту, хочу быть с ним рядом.