Книга Измена. У него другая семья, страница 103 – Диана Фад

Дом сверкает огнями, на камине висят игрушечные новогодние носки с мелкими подарками, основные уже сложены под елкой. И пусть их с нетерпением ждет из детей пока только Аня, но на следующий год наши малыши тоже примут участие в этом радостном событии. Подарки под елкой всем: папе, который наконец-то развелся с мамой и теперь обживается в небольшом домике, что купил рядом с нами через пару коттеджей. Конечно, проданная дача столько не стоила, и папа отказывался брать с меня денег, но Любимов в очередной раз провернул какую-то словесно-убедительную авантюру и вот, папа рядом. С удовольствием занимается внуком, а по выходным нянчится еще и с Ванечкой. Брагины стали у нас частыми гостями, впрочем, как и мы у них.

Я подружилась с Катюшей, а Любимов развлекал довольно молчаливого и строгого Брагина. Ксению я больше не видела, слышала, что она уехала в Санкт-Петербург и сошлась там с каким-то бизнесменом, что завалил ее подарками. Не знаю, надолго ли все это, но я не желаю ей плохого. В душе она все же осталась моей сестрой, пусть и непутевой. Мама тоже появлялась несколько раз, но дальше ворот ее не пускали. Возможно, со временем я и начну с ней общаться, но пока обида слишком сильна, да и папа отказывается наотрез ее видеть.

Тест ДНК он не стал делать принципиально.

— Плевать мне, чья дочь Ксения, да и ты, если не моя, тоже плевать, — горячился он, когда первое время заходила об этом речь, — Ты моя дочь и точка.

Любимов спрашивал меня, хочу ли я знать правду, я всегда говорила, что нет. И это действительно было так. Я чувствовала, что я дочь своего отца, но и правду хотелось знать так, что в моем выдвижном ящике в тумбочке у кровати лежал пакетик с папиными волосками. Они подходили для анализа, я иногда доставала и смотрела на седые волосы с маленькими луковичками и убирала обратно. Для меня ничего не поменяется, если я узнаю правду. Как папа говорит, что это все со злости. Мама специально так сказала, чтобы внести разлад в нашу семью. Я тоже так думаю, но все же…

Брагиныпоявились строго ко времени. Мы как раз с Аней закончили раскладывать на праздничном столе тарелки. Папа с Сергеем уже вышли из бани и сейчас наряжались в своих комнатах.

— Метет-то как, настоящий Новый год! — улыбается Катя, протягивая мне засыпанного снегом Ваньку. Он в светло-голубом комбинезоне, розовощекий, довольный, улыбается, сверкая двумя передними зубами и пуская слюни, — Ой, платье тебе сейчас закапает, — суетится вокруг нас Катя.

— Раздевайся, я сама, — забираю у нее платочек и несу Ваню в гостиную, где снимаю с него белую шапочку и комбинезон.

Рядом крутится Анюта, строит Ваньке смешные рожицы, отчего тот заливисто хохочет.

— Деда Мороза звали? — раздается с лестницы громкий бас, и Анютка взвизгивает, убегает к Сергею, который специально взял напрокат костюм с длиннющей бородой и сверкающим посохом.

Я беру на руки Ваню в красивом трикотажном комбинезоне и иду смотреть на это представление. Там уже стоит папа с Макаром на руках, вокруг скачет Аня и улыбаются веселые Брагины.

— А Снегурочка вам нужна? — кричит от порога Маша.

И точно, подруга в белоснежном пуховике с белой опушкой, сапожках и шапочке, из-под которой выглядывает почти белая коса. Ну чем не Снегурочка.

— Дочка! — кричит Любимов и скидывает Машке мешок с подарками, — Так, стихи от всех послушаешь, подарки подаришь, а я пока рюмочку пропущу, — выдает Сергей и тянет за собой мужчин к бару.