Онлайн книга «СССР-2061»
|
С улицы грубо окрикнули, из подъезда ответили плачем и причитаниями. Грохнула автоматная очередь, за ней – еще одна. Крики, эхом заскакавшие по лестничным пролетам, оборвались. В хлипкой двери осталось два ряда отверстий, один над другим. Завалов лежал, зажмурившись и уткнувшись лбом в бетонное крошево. «Что происходит? Откуда они повылазили, с оружием?» В подъезде кто-то скулил. Хала поднялась, коротко выглянула в провал. – Ушли. Поднимайся. Нужно выбраться через окно. Она прокралась к дверям комнаты. За стеной не утихали стоны. – Стой, – тихо позвал Завалов. – Там же кто-то ранен… – Пошли! Хала скрылась за перекосившимися дверями комнаты. Завалов выглянул в провал и оторопел. Горло пережало, волна тошноты и головокружения накрыла его, заставила попятиться. В спину, как раз под рюкзаком, уперлось что-то острое. Завалов вздрогнул и обернулся. Мальчишка в лохмотьях махнул самодельным ножом из металлического осколка перед лицом. Со злостью дернул за рюкзак: – Дай! Он не видел двери в комнату и не успел заметить, как в коридоре появилась Хала. Металлическая рама складного стула врезалась в голову с глухим стуком. Мальчик упал. Хала размахнулась и ударила еще раз. – Идем, Вадим. Нельзя стоять. Завалов ринулся к мальчишке, попытался нащупать пульс. – Ты его убила! – Убила, – подтвердила Хала. – Ему нужны твои вещи, но ты лучше отдашь что-нибудь мне, если живым выведу. Идет? – У меня нет ничего для тебя, – пробормотал Завалов, растирая лицо грязными ладонями. – Не важно. Продам, обменяю. Завалов сел на пол и крепко зажмурился. Ворот футболки стал мокрым от крови. Хотелось зарыться под землю. За стеной стонали, и этот звук скреб по нервам, как гвоздь по стеклу. На соседней улице послышался десяток одиночных выстрелов. В небе с ревом пронесся беспилотник. «Почему именно я? Пусть они заткнутся! Я не хочу это слушать. Это не мое дело. Я домой хочу!» – Стой! Куда! Вадим подскочил и сквозь провал выбрался в подъезд. Осмотрелся, прикрывая нос рукавом. Горький запах порохового дыма, соленый – свежей крови. Кто-то схватил за ногу. Завалов обернулся и отвел взгляд. Там уже нельзя помочь. Потряс за плечо парня, сжавшегося в углу. Тот упал. Вместо одного глаза – рыхлое мясо. На стене остался грязно-бурый росчерк. Завалов отпрянул и наступил на чью-то руку. Шарахнулся, едва сдержав вопль. На курсах было иначе. На столе манекен, имитирующий пострадавшего с проникающим в брюшную полость. Вокруг десяток студентов. Кто-то пошутил насчет слишком подробной имитации первичных половых признаков у резинового пациента. Главное, не смеяться и руки держать ровно – игла настоящего шприца может согнуться при попытке проткнуть искусственную кожу. Препод ругается, кричит: «Вы что, на вечер юмора собрались? Вот посмеетесь потом…» За окном солнце, и декоративные яблони в университетском скверике цветут. Весна. Завалов смотрел на женщину, сидящую у стены и держащую прижатыми к животу руками что-то темное и влажное. Глаза открыты и запорошены пылью. Ее соседка, боком лежащая в кровавой луже, медленно пошевелилась. Вскрикнула, когда Завалов тронул ее за руку. – Нам чуть посидеть где-нибудь. Нас найдут, – прошипела Хала. – Кто найдет? – со злостью спросил Завалов, расстегивая ремень на брюках. – Ваши! Они всегда приходят и всех увозят. Брось ее, пойдем. |