Онлайн книга «Символ Веры»
|
— Все, помер, — констатировал украинец, приваливаясь к стене и отряхивая с пальцев красные капли. Хольг проскрипел что-то резкое и быстрое на непонятном языке. Это не было командой, поскольку никто не отреагировал, скорее просто энергичное ругательство. Гильермо молча и неотрывно смотрел на двух мертвецов, что лежали в мелких частых лужицах красной жидкости. Нельзя сказать, что зрелище было совсем уж ему чуждо, все-таки ранее уже состоялось «приключение» в отеле с перестрелкой и трупами. Однако тогда все случилось слишком быстро и сумбурно. А сейчас наоборот — Господь как будто старался показать как можно нагляднее, что такое убийство во всем его отвратительном естестве. «Это кровь», — прошептал голос на задворках сознания. — «Настоящая кровь. И настоящие мертвые люди. Минуту назад они были живы, ходили, разговаривали. Каждый из них был вместилищем Божьей искры и целой вселенной. А теперь они лежат бездыханной плотью. Потому что они убиты. Насмерть. Навсегда.» Максвелл укрылся за стойкой, хорошей, прочной и солидной. Защелкал чем-то увесисто-железным. Гильермо, не отрываясь, смотрел на бледное лицо Франца. Единственного человека, который заботился о нем в этих страшных краях и вообще связывал с прежним миром. — Кот, назад и глянь, кто там нас пасет! — Хольг справился с растерянностью и начал раздавать четкие, быстрые указания. — Ползивдоль стены, под столами. Чжу… Хольг досадливо цыкнул зубом, понимая, что от китайского радиста толку сейчас нет. Так же, как и от негров. Аскари были неплохи в подготовленной засаде или когда нужно было задавить противника, поливая его очередями, не жалея пуль. Но здесь — почти бесполезны. — Голову ниже, не высовывайся, — ограничился он. Посмотрел на Родригес. Та молча кивнула, сжимая обеими руками старый верный револьвер. В этом коротком жесте и холодном взгляде фюрер прочитал готовность исполнить любое указание. Хольг скрипнул зубами, подумав, что сам же продал все серьезное вооружение, оставив только пистолеты. Теперь ганза осталась с ручными плевалками против пулемета. С тыльной стороны дома снова раздалась стрельба, пули колотились в кирпичные стены с глухим стуком. Щелкнул замок, из-за полуоборванной портьеры высунулась темная, смуглая физиономия Кота с длинными обвислыми усами и дорожками пота. — Не пройдем, — исчерпывающе рапортовал боец. — Два ствола, самое меньшее, бьют часто и по очереди. Хорошо бьют. — Морды видел? Сальваторцы? — Нет, азиаты. Один точно. При этих словах Чжу сжался в клубок, прижимаясь подбородком к коленями, закрывая ладонями затылок и шею. Максвелл вытянул ногу и осторожно подгреб к себе дамское зеркальце в черепаховой оправе. Зеркало разбилось при падении с витрины, однако в овальной раме еще оставался хороший кусок. Кирнан высунул краешек зеркала из-за стойки, ловя отражение врагов. Тонкая алая струйка скользнула из-под длинного украинского чуба, зазмеилась по виску, перейдя на скулу. — Ранен? — отрывисто бросил Хольг. — Скользнуло, — отмахнулся Кот и повторил. — Хорошо бьют… — Сиди там. Смотри за дверью, чтобы не зашли с тыла. Пулемет разразился новой длинной очередью. Очевидно, неизвестные пришельцы решили разнообразить затянувшуюся паузу. Пули вынесли остатки рамы с щербатыми осколками витрины, подробили прилавок. От стен полетела кирпичная крошка и щепки от темных деревянных панелей. Громко, утробно загудел шкаф, принявший не менее десяти попаданий. Внутри что-то легко упало, стукнув по дверце изнутри. На фоне грозного лая «виккерса» потерялся новый сухой щелчок вражеской винтовки. Зеркальце Кирнана брызнуло алмазной пылью, один из крошечных осколков больно ужалилХольга под глазом. Максвелл тряхнул пальцами, в которые чувствительно отдался удар шести целых и пяти сотых миллиметра. |