Книга Наследник для Миллиардера. Ты (не) сбежишь, страница 93 – Алиса Громова

— Мы знакомы? — я напряглась. Тимур остался у входа в зал, я была одна.

— Заочно. Меня зовут Глеб Викторович Авдеев. Я… старый знакомый вашего мужа.

Авдеев.

Я слышала эту фамилию. В новостях. Совет безопасности? Или что-то еще выше?

Это был человек из «Системы».

— Я не видела вас за ужином, — осторожно сказала я.

— Я не ем с коммерсантами, — он усмехнулся, но глаза остались холодными. — Я наблюдаю. Ваш муж… он боец. Я уважаю это. Но он выбрал не тувойну.

Он сделал шаг ко мне. Я отступила, но уперлась спиной в стену.

— Передайте ему, Елена. Скажите ему, что время вышло. Он думает, что устранил Волкова, и проблема решена. Но Волков был просто кошельком. Мы — структура.

— Что вы хотите? — прошептала я.

— Мы хотим, чтобы он принял предложение. Продал пакет акций государству. И ушел на пенсию. Живым.

Он затушил сигарету о подоконник из красного дерева.

— У него есть неделя. Потом мы перестанем играть в снайперов на трассе. Мы начнем бить по-настоящему.

Он посмотрел на меня.

— У вас красивый сын, Елена. Похож на отца. Будет жаль, если он останется сиротой. Или если с ним случится… несчастный случай на детской площадке. Дети такие хрупкие.

У меня перехватило дыхание.

Угроза Мише. Прямая.

Я хотела закричать, позвать Тимура, но голос пропал.

— Не бойтесь, — он улыбнулся, как дедушка. — Пока не бойтесь. Поговорите с мужем. Женщины умеют убеждать. Скажите ему, что гордость не стоит жизни ребенка.

Он развернулся и пошел к лифту. Спокойно, не торопясь.

Я осталась стоять, чувствуя, как холод проникает в кости сквозь алый шелк.

Я вернулась в зал на ватных ногах.

Дамиан смеялся над чьей-то шуткой. Он выглядел победителем.

Но теперь я видела то, чего не видели другие.

На его лбу блестел пот.

А над его головой висел дамоклов меч.

Когда мы сели в машину, я не выдержала.

Как только дверь закрылась, я схватила его за здоровую руку.

— Дамиан. В коридоре был человек. Авдеев.

Дамиан замер. Его лицо мгновенно окаменело.

— Что он сказал?

— Он сказал, что у тебя есть неделя. Чтобы продать акции. Иначе… — голос сорвался. — Иначе они убьют Мишу.

В салоне повисла тишина. Страшная, мертвая тишина.

Дамиан закрыл глаза. Откинул голову назад.

— Авдеев… Значит, они подключили тяжелую артиллерию.

— Дамиан, кто они? — я трясла его за руку. — Отдай им всё! Отдай эти чертовы акции! Они угрожали сыну!

Он открыл глаза. Повернулся ко мне.

В его взгляде была такая усталость и такая боль, что мне стало страшно.

— Я не могу, Лена. Это не просто акции. Если я отдам контроль, они уничтожат все, что я строил. И они не оставят нас в живых. Свидетели им не нужны.

— Но он сказал…

— Он лгал. Это их тактика. Запугать женщину, чтобы она сломала мужчину.

Он притянул меня к себе. Здоровой рукой. Прижал мою голову к своей груди.

— Я не дам вас в обиду. Я вывезу вас. Завтра же.

— Куда? На Мальдивы? Они найдут везде!

— Нет. В место, которого нет на картах.

Он посмотрел на водителя.

— Костя, домой. Быстро.

Машина рванула с места.

Я прижималась к его груди, слушая, как бешено бьется его сердце.

Я знала, что он что-то недоговаривает.

И я знала еще одно.

Время игр закончилось. Начиналась война на уничтожение.

И мои украденные сто тысяч рублей, мой подкуп садовника, моя ложь — все это казалось теперь такой мелочью по сравнению с бездной, в которую мы летели.