Книга Наследник для Миллиардера. Ты (не) сбежишь, страница 6 – Алиса Громова

Он сделал шаг ко мне. Я почувствовала запах его парфюма — сандал и гроза. Он подошел так близко, что я могла разглядеть крошечный шрамик над его левой бровью. Откуда он? Драка? Авария?

Он протянул руку. Я дернулась, но он лишь взял со стола мою папку с отчетом. Его пальцы на долю секунды коснулись моих. Разряд тока был таким сильным, что я едва не вскрикнула.

Он заметил мою реакцию. Его зрачки расширились, поглощая серую радужку.

Он открыл папку, пробежался глазами по строкам.

— Грамотно, — резюмировал он, захлопывая пластиковую обложку. — Четко. Без воды. В отличие от вашего выступления в лифте.

По залу прошелестел смешок. Кто-то хихикнул, радуясь, что гроза прошла мимо.

— Спасибо, — прошептала я.

— Не спешите благодарить, — его голос стал ледяным. Он бросил папку на стол перед Петром Ильичом. — Ваш отдел остается. Пока. Но у меня есть вопросы к дисциплине.

Он развернулся и пошел к выходу, бросив на ходу:

— Совещание окончено. Все свободны. Смирнова, — он остановился у дверей, не оборачиваясь. — Останьтесь.

Зал выдохнул. Люди начали вскакивать, собирать вещи, перешептываться. А я рухнула обратно на стул, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

Петр Ильич посмотрел на меня со смесью сочувствия и облегчения (его-то не уволили).

— Ну, Леночка… держись. Если что — скажи, что это я тебя задержал утром.

— Спасибо, Петр Ильич, — механически ответила я.

Комната пустела. Один за другим коллеги выходили, бросая на меня косые взгляды. Кто-то смотрел как на жертву, которую ведут на заклание. Кто-то — с злорадством.

Через две минуты я осталась в огромномзале одна.

Дверь закрылась за последним менеджером с мягким щелчком.

Я осталась наедине с ним.

Дамиан стоял у окна, спиной ко мне, глядя на город, раскинувшийся внизу в пелене дождя. Его широкий силуэт перекрывал свет.

Он молчал. И это молчание было страшнее любых криков.

Он знал? Он догадался? Или он просто хочет отчитать меня за опоздание и уволить лично, чтобы получить удовольствие?

— Подойди, — произнес он, не поворачиваясь.

Я встала. Ноги были ватными. Каждый шаг давался с трудом, словно я шла сквозь болото. Я подошла к столу, остановившись в паре метров от него.

— Ближе.

Я сделала еще шаг. Теперь нас разделял только край стола.

Он резко развернулся. Его лицо было непроницаемым, как маска.

— Ты опоздала на двенадцать минут, — произнес он. — Нахамила мне в лифте. Испачкала брюки, — его взгляд скользнул по пятну, заставив меня инстинктивно прикрыться папкой. — И при этом ты единственная в этом стаде баранов, кто понимает, что происходит с продажами.

Он обошел стол, приближаясь ко мне. Хищник, загоняющий добычу в угол.

Я попятилась, но уперлась бедром в спинку стула. Бежать некуда.

— Кто ты, Елена Смирнова? — тихо спросил он, нависая надо мной. — И почему у меня такое чувство, что я тебя уже видел? Не в офисе.

У меня сердце пропустило удар.

«Он не помнит. Слава богу, он не помнит».

Той ночью я была другой. С длинными распущенными волосами (сейчас строгий пучок). В вечернем платье (сейчас дешевая блузка). Смелая, пьяная от шампанского и одиночества.

Сейчас перед ним стояла уставшая мать-одиночка с мешками под глазами.

— У вас… дежавю, Дамиан Александрович, — мой голос дрожал, но я заставила себя посмотреть ему в глаза. — Мы никогда не встречались. Я бы запомнила.