Книга Мажор. Стану его наказанием, страница 11 – Элла Ми

Меня вдруг накрывает истерика: я ржу, не подбирая слов.

— Ты ебу дал? — вырывается у меня, это не укладывается в голове. — Никогда.

— Девочка, либо извиняешься...

— Либо что? — спрашиваю, и в голосе — вызов, хотя внутри всё дрожит.

Откуда взялось это бесстрашие, не знаю. Наверное, какой-то запас храбрости, который остался со мной с тех страшных ночей в погребе.

Он хватает меня за руку так, что кожа под пальцами начинает гореть. Очень грубо, без объяснений запихивает обратно в уборную и закрывает на ключ.

— Посиди и подумай о своём поведении. До утра. Может, тогда извинишься... А может, будет поздно — весь универ узнает, что ТЫ ОСТАЛАСЬ У МЕНЯ.

Я хватаю за ручку, дергаю, но замки не слушаются.

— Только попробуй меня оклеветать! — кричу через дверь, голос пронзает стенку, дрожит. Дёргаю ручку так, что ладонь ноет.

Он отвечает с удивительным равнодушием:

— Я? Я вообще ничего никому не скажу... Думаешь, никто не видел, как ты зашла в комнату, а следом я?

Стук музыки за стеной, смех в коридоре — все эти звуки кажутся дикими, чужими. Внутри меня — пустота и горечь. Вся эта вечеринка превращается в ловушку, где я — добыча и обвиняемая одновременно.

Я прижимаюсь к холодной стене, снова чувствую клаустрофобию: воздух будто становится густым, каждая мысль давит. Ноги трясутся, а в голове одно повторяется: не поддавайся, не говори ему «я твоя», не дай этому человеку позорить тебя. Но страх прижимает язык к нёбу.

Я кричу ещё раз, но голос уже другой — тоньше, усталый:

— Открой эту чертову дверь! Сукин ты сын!

Ответа нет, только глухой шаг, который вскоре пропадает.

Марк.

Вот же бесит. Упрямая. Пусть посидит и подумает — может, станет умнее.

Выхожу из комнаты и цепляю первого попавшегося пацана, который сделает всё, что я скажу.

— Спустись к её подруге и скажи, что Рыжуля остаётся у меня. Она сама так захотела, — кричу ему в ухо, музыка глушит каждое слово. Хлопаю по плечу, подталкиваю в нужном направлении и возвращаюсь к перилам. Сверху всё так мило смотрится: танцующие, смех, бутылки, никто не знает про то, что я взял в заложники ЕЕ.

Пацан идеально исполняет мою просьбу — её подруга в шоке, потом визжит от восторга. Господи, все вы одинаковые, лишь бы с богатеньким переспать! Меня охватывает раздражение и неохота веселиться; я умываюсь и захожу в свою комнату, падаю на кровать, чтобы отдохнуть, но какого-то хрена засыпаю с телефоном в руках.

4:00 утра. SMS от начальника охраны: «Всех разогнал по домам. Вас не нашёл». Молодец, думаю. Я могу расслабиться — а мог бы и нет.

— А девчонка? — бормочу, пролезая по коридору к гостевой. В комнате тихо. Сердце, сам не знаю почему, подскакивает.

В ванной она сидит около унитаза, голова наклонилась набок. Тело безжизненное, лицо бледное, дыхание редкое. Сначала думаю: уснула. Глупость.

— Эй! — кричу. — Вставай! — и начинаю её трясти. Никакой реакции. Невероятное чувство тревоги нарастает внутри.

Я понимаю, что сам мог загнать её в это состояние. В груди что-то режет.

Пальцы находят шею — пульс есть, но слабый. Дыхание — поверхностное.

Твою мать! Просто какой-то п...

Она дышит, но почти не реагирует. Я говорю ей имя, громко, как будто это поможет вернуть ее из коматоза:

— Слушай меня, Катя! Проснись! Я здесь. Ответь мне.

Она не оживает. Я обхватываю её, поднимаю на руки и аккуратно кладу на кровать, а затем легонько ударяю ладонями по ее щекам.