Книга Блок-шот. Дерзкий форвард, страница 49 – Екатерина Беспалова

Судя по раскрасневшимся щекам и эмоциям, она могла говорить правду. Но чёрт побери!!!

— И что он сказал? Что за финансовые проблемы, которые не требовали отлагательств?

— Он… Он предупредил, что оплата за обучение не прошла, и если возникнут вопросы, то до конца месяца его коллеги со всем разберутся.

Когда Аня замолчала, в комнате стало тихо. Рустам буравил сестру убийственным взглядом. Она не умела врать. Ему всегда в два счёта удавалось понять, когда история выходила за рамки реальных событий. Но сейчас… Собственные чувства мешали видеть ситуацию целиком. Что это? Капризы? Вредность? Ревность?

— Почему ты не дождалась, пока я отвечу?

— Ты со вчерашнего вечера молчишь.

— И это стало поводом ехать сюда?

— А в чём, собственно, дело? — Подозрения и упрёки в конец вывели из себя. Аня с вызовом посмотрела на брата: лучшая защита — это нападение? — Сейчас я имею столько же прав находиться здесь, сколько и ты. Разве нет?

Слова ударилив цель. Она видела, как его покоробило.

— Так какие проблемы, Рустам? Мы нарушили вашу идиллию? По-моему, Вася только была рада нам. Заметь, больше, чем ты, хотя она мне никто.

— Я не говорил, что вы — нежеланные гости.

— Ты подумал. Причём так громко, что каждому это стало ясно.

Между ними снова образовалась тишина.

— И вообще, как только стал играть, тебя словно подменили. Кроме Василисы и баскетбола тебя ничего не волнует.

А вот это уже был удар ниже пояса. Рустам сощурился, крепко стиснув челюсти, чтобы не выдать того, о чём потом будет жалеть.

— Ты забыл, что у тебя есть я, что я тоже могу желать твоего общества, что…

— Хватит! — не выдержал наконец натиска парень. — Не ты ли пару недель назад сама пищала от восторга, что Тим принял меня в команду? Ты же сама хотела, чтобы я вернулся в спорт! Ты на седьмом небе была от счастья. Так что изменилось-то за одну ночь, я не пойму?

Тишина. Чувствовал себя полным идиотом, устраивая разборки во второй раз за утро, — диктатор чёртов! — но чрезмерная опека настораживала. Стоило уехать на один вечер в обществе Василисы — и получите, распишитесь!

— Ты определись сначала, чего хочешь, — смягчившись, тихо произнёс Рустам, меряя её сочувствующим взглядом. — Потому что я определился.

С этими словами он развернулся к двери.

— Я просто люблю тебя, — тихо выдохнула вслед Аня.

Руки сжались в кулаки, а ногти больно впились в кожу. Отчаяние толкало на безумие. Эгоизм? Пусть! Пусть считает, что хочет.

— Мир не крутится вокруг тебя одной, Ань. — Рустам замер у выхода. — В нём есть другие люди. Не только я. В нём есть тот же самый Тим. Направь свою любовь на него, если до сих пор неровно дышишь к спортсменам.

И не дожидаясь ответа он вышел из комнаты. Аня медленно опустилась на кровать, чувствуя, как по щекам побежали слёзы. Выставила себя полной дурой. Что теперь подумает? Хотя неважно. Он уже подумал, больно кольнув последней фразой. Возможно, и не имел в виду ничего плохого, однако прозвучала она именно так. А с другой стороны… Всё правильно. Она бы, на его месте, отреагировала так же.

Аня встала и подошла к зеркалу. Затравленный взгляд, красные глаза, дрожащие губы — с той стороны на неё смотрел беспомощный зверёк, попавшийся в сети. Давно не видела себя такой. Она вытерла мокрыещёки. К чёрту, главное, что они все здесь, а дальше… Между бровей залегла морщинка. Лоб нахмурился. А дальше расскажет правду, но только не раньше, чем они вернутся домой.