Книга Изгой. Через тернии к звёздам, страница 94 – Екатерина Беспалова

– Я лучше сдохну в подворотне, – перебили отца парень, – чем признаю такую семью.

Пётр улыбнулся, по-прежнему не глядя на сына.

– Ты уже признал, когда стал младшим Ястребом. Твоя фамилия даёт тебе протекторат, но она же сделает тебя мишенью, стоит только мне повернуться к тебе спиной. Семья – это всё, Кай, скоро ты поймёшь. Семья примет тебя таким, какой ты есть, она всегда будет рядом, что бы ты ни совершил. Все остальные – это попутчики, транзитные пассажиры: сегодня есть, а завтра нет.

– Да? – усмехнулся Кай. В глазах сквозила открытая насмешка и ненависть. – Тогда почему эта установка не действовала с мамой? Она тоже была транзитным пассажиром?

Мужчина гневно сверкнул глазами. Воспоминания причинили боль.

– Твоя мать была шлюхой!

Едва слова прозвучали в тишине тёмного кабинета, Кай сжал руки в кулаки и, сорвавшись с места, бросился в сторону отца. Упав на стол, он почти дотянулся до его шеи, но Алекс успел перехватить ногу и резко потянул на себя. Кай упал на пол, зашипев от боли.

– Держи крепче этого дикого ублюдка! – рявкнул Пётр.

Алекс поднял брата на ноги и нанёс ему удар в живот. Хватая ртом воздух, Кай согнулся пополам. Руки старшего были словно каменные, это он помнил ещё со времён их совместных тренировок в одном из спортивных центров, принадлежавших отцу.

– Не смей говорить о ней так, – прошипел Кай, выпрямляясь во весь рост. – Она была порядочной женщиной, не чета твоим нынешним дешёвым подстилкам, которых ты пророчишь нам в мачехи с периодичностью в два месяца.

– Да заткнись же ты, Кай! – рявкнул Алекс и дёрнул брата за шиворот на себя. – Заткнись!

– Алексей отведёт тебя наверх, а ты подумай о том, что я сказал, сын. Не испытывай моё терпение, оно невечное.

С этими словами Пётр сделал жест рукой, давая понять, что разговор окончен. Схватив Кая одной рукой за локоть, а другой – за ворот футболки, Алекс потащил его к выходу из кабинета, оставляя раздражённого мужчину наедине с сигарой и бутылкой крепкого виски, которое стояло на столе…

Кай усмехнулся. И угораздило же попасть в такую семейку! Нет, такая жизнь не для него. Такая семья не для него.

– Семья, – выплюнул с презрением это слово парень. – Скорее клан, чем обычная семья, во главе которого находится безжалостный диктатор. Но я никогда не буду таким, как ты. – Кай нашёл себя в отражении зеркала заднего вида. – Никогда.

Телефон, лежавший на приборной доске, снова засветился.

– Пошёл к чёрту! И отца туда же прихвати. Уверен, им будет о чём поговорить.

Гаджет полетел в окно. Взгляд целиком сосредоточился на дороге. Впереди была неизвестность. Новая жизни. Только какая? И где?

– Я подумаю об этом позже. Не сейчас.

Газ в пол – и «Фольксваген» с огромной скоростью понёсся по шоссе, увозя его прочь из Москвы. Подальше от семьи. Подальше от сумасшедшего, слепо следовавшего за отцом братца. Подальше от мрачного будущего, которое наступало на пятки, дыша в затылок холодным дыханием, грозясь поглотить в свой чёрный, безжалостный мир смиренного повиновения одному единственному лидеру – его отцу.

Алекс стоял перед дверью в кабинет отца и долго не решался войти внутрь. Когда наконец набрался мужества, застал мужчину сидевшим за столом. Держа в руке бокал, наполовину наполненный виски, Пётр внимательно рассматривал бумаги. Увидев, что находится в кабинете не один, Бестужев отвлёкся, смерив сына недовольным взглядом: