Книга Шторм. Отмеченный Судьбой, страница 104 – Екатерина Беспалова

В его глазах плескалось отчаяние. Слова набатом били в ушах. Её страшные догадки получили подтверждение, приведя в ужас.

– Никто тебя им не считает, – прошептала, Коснувшись его щеки. – Посттравматическое стрессовое расстройство – это временное состояние. Не диагноз, Саш. Всего лишь состояние, из которого можно выйти. Не сразу – дляэтого нужно время – но наличие ПТСР никак не делает из тебя психа. Ты меня услышал? Услышал меня?

Он быстро закивал, чувствуя, что становится похожим на маленького ребёнка. Но только её слова воспринимались всерьёз. Только в них не видел насмешки или лжи, которой пичкали в госпитале. Психологи, мать их! Пустые фразы, лишённые элементарного сочувствия и понимания. Они уже тогда списали его со счетов, повесив бирку «Шизофреник». И лишь она искренне верила в то, что говорила.

– Боже мой… – прошептала Катя.

С какими мыслями он жил последние полгода? Ему была нужна семья. Люди, которые помогли бы стать прежним, которые убедили бы, что он ни капли не изменился. Семья, но никак не одиночество, на которое себя обрёк. Зачем уехал от родственников? Внутренние возмущения прервал звук открывшихся дверей лифта. Катя и Александр обернулись посмотреть, кто вышел на лестничную клетку, и побледнели.

Состояние? Не диагноз? Но тот, кто вышел из лифта, похоже, собирался доказать обратное.

Глава 2.16. «Доброволец»

1997 год, май, военкомат №… г. Москвы

Количество будущих призывников постепенно таяло. В коридоре уже почти никого не осталось, а фамилия «Шторм» до сих пор не прозвучала. И что это за порядок такой – входить по вызову? Александр нервно маячил из угла в угол, держа в руке папку с документами. Почему нельзя просто взять и прислать по почте, как повестку? Лично ему было абсолютно всё равно, где отдавать долг Родине. Как только надоест, один звонок – и дядя Вадим всё устроит. Он никогда не умел злиться подолгу, а армия – лишь способ разнообразить наказание. Как ни крути, но отчисление из университета всё же было серьёзным проступком.

Пока размышлял, последний оставшийся паренёк успел войти в кабинет военкома. Отлично, твою мать! Алфавитный порядок рулит? Или его просто решили оставить «на закуску»? Ровно через семь минут из кабинета вышел некто Назаров Илья и назвал фамилию Александра. Шторм улыбнулся, бравой походкой входя в кабинет. Никогда не боялся проблем, не собирался пасовать и в этот раз.

Тем более за последние пару лет почти безвылазно, когда появлялось свободное время, пропадал в тире. Стрельба по неподвижным мишеням превратилась из развлечения в хобби. Инструктор ставил высокие оценки, прогнозируя хорошие успехи на военном поприще, если вдруг окажется в армии. Меткие стрелки всегда пользовались спросом, ну «а физические показатели», как говорил Лев Аркадьевич, «это дело наживное». Тогда Александр лишь посмеивался над его словами, но сейчас задумался о них всерьёз. Кто знает, может, Судьба?

Войдя в кабинет, Шторм увидел двух мужчин. Оба были одеты по форме. К сожалению, в погонах не разбирался, да и на кой ему вообще сдались их регалии. Один из офицеров сидел за столом, другой стоял у окна. Его руки были сцеплены в замок за спиной, а взгляд устремлён в окно. Полная тишина – как в склепе. И сравнение же подходящее подобрал!