Книга Превратности судьбы, страница 7 – Екатерина Беспалова

Когда Шторм вошёл в палатку, его товарищи ещё не спали. Они ожидали его возвращения с новостями, хорошими или плохими, никто не знал, но все они надеялись на то, что всё должно было обойтись.

— Ну, как, Сань? Что тебе начальство сказало? — начал Кирилл, тот самый, который вместе со Штормом пострадал в этой операции.

— Что оно могло сказать? — улыбнулся младший сержант. — Два наряда вне очереди сегодня, три завтра и каждый день понарастающей, ну, и понижение в звании до рядового!

— Да ладно! Чего ты сочиняешь?

— Правда до единого слова, до каждой запятой!

— Что-то ты очень весёлый для такого наказания! — сказал Кирилл и бросил Шторму яблоко.

— Да всё нормально, пацаны, — наконец серьёзно ответил он. — Я рассказал, как всё было, и Денисов отпустил меня на все четыре стороны!

— Ну, слава Богу, — облегчённо выдохнул рядовой Орлов, — а то Терехов тут такой крик поднял: да я, да он, да его!

— По-моему, кроме криков, у него ничего хорошо не получается в последнее время, — заметил Чудов.

— Да он нормальный мужик, ребята, — вступился Александр за капитана. — Его тоже понять можно! Он, наверное, все свои боевые заслуги вспомнил, пока ждал, когда мы выйдем на связь. Онже за всё отвечал!

С этими словами Шторм направился к своей кровати и, взбив подушку, лёг, не раздеваясь и не снимая берцев.

— Слушай, Сань, у тебя в семье военных не было? — спросил вдруг Роман Орлов.

— А что?

— Ты прирождённый лидер! Я не удивлюсь, если через пару месяцев ты станешь старшиной.

— Нет уж, спасибо! Лишняя головная боль мне совершенно ни к чему, — улыбнулся Шторм.

— Сань, а чем ты занимался до армии? — обратился к нему Чудов. — Мы служим вместе больше полугода, а ты ничего не рассказывал о себе.

Александр на мгновение задумался. Он знал, что рано или поздно его кто-нибудь спросит об этом — и вот свершилось! Хотя они с Кириллом были хорошими друзьями, Шторм ни разу не попытался рассказать что-либо о своём прошлом.

— Ничем особенным, о чём можно было бы рассказать.

— Да ладно тебе скромничать! У тебя девушка была? Давай колись!

— Кирь, я не хочу говорить на эту тему. Я уже просил тебя, не начинай всё заново, — посмотрел Александр на друга, и в глазах его Чудов увидел столько тоски. Это даже была не тоска, а, скорее всего, отчаяние. Да, глаза Шторма были полны отчаяния!

— Сань, ты чего?

— Всё нормально, Кирь. Только не нужно начинать то, о чём, как ты знаешь, я не собираюсь говорить, хорошо? Если я сказал, что ничего особенного, значит, так оно и есть!

После этих слов он закрыл глаза, дав тем самым понять, что разговор окончен. Кирилл лишь пожал плечами, но большевопросов задавать не стал.

Шторм лежал и думал о том, что, прослужив со своими товарищами восемь месяцев, он по-прежнему оставался для них большой загадкой. Кирилл был прав, Александр никому ничего не рассказывал о себе, но на то были свои причины. Как он мог рассказать им, чем занимался, кем был.… Конечно, каждый имеет право на ошибки, но не каждый признает, что эти ошибки были совершенны осознанно. Он всегда мог отказаться от своей компании, которая тянула его в пропасть, но он этого не делал, пока в один прекрасный момент не встретил её…

И тут перед ним встал образ девушки, который преследовал его с того самого дня, когда он впервые увидел её у торгового центра в своём городе. Он не знал, кто она такая, но лицо показалось ему таким знакомым. Губы, черты лица, волосы и аромат, исходивший от неё, — всё было таким нежным и приятным. Она была просто ангелом, спустившимся с неба на землю! А глаза… Шторм никогда не видел таких глаз! Они были похожи на два бездонных океана с темнотой ночи в них, добрые и в то же время грустные.