Книга Превратности судьбы, страница 42 – Екатерина Беспалова

Кирилл почесал затылок.

— Возможно, она просто перепутала тебя с кем-то, такое бывает!

— Нет, — возразил Александр. — Она правильно меня боялась, любая бы на её месте вела себя так же.

— Тогда я ничего не понимаю, —пожал плечами ефрейтор.

— В тот вечер, когда я отмечал свои проводы в армию, мои друзья хотели развлечься. Для этого им нужна была девушка, и ей оказалась Катя.

— Что?

— А я ничего не сделал, чтобы помочь ей, потому что был так пьян, что не мог выйти из машины, я просто спал. Теперь ты понимаешь, каким ублюдком я был? Кого я считал своими друзьями? Да, мы были одной компанией, но я никогда не позволял им нападать на девчонок, этот вопрос никогда не вставал, никто из них ни разу не заикался об этом.

Чудов ошарашенными глазами смотрел на друга.

— Но откуда ты знаешь, что там была Катя? Ты же не видел!

— Она сама мне рассказала об этом, когда ты охотился. Единственное, что даёт мне силы не считать себя полным ничтожеством — это то, что в тот вечер она смогла убежать от них, они ничего не успели сделать, просто жутко напугали её.

— Да уж…

— И во всём виноват я. Теперь ты видишь, почему я не рассказывал о себе? Как о таком можно рассказывать? Я стараюсь не думать об этом, забыть всё, как страшный сон, но прошлое всегда напоминает о себе.

Кирилл пытался осмыслить только что услышанное. Всё становилось на свои места: вопросы, волновавшие его, получили ответы, и он мог сложить целую картинку о жизни младшего сержанта. Он понимал, почему Александр молчал всё это время, почему не решался говорить о себе, но несмотря ни на что, для него он всегда будет надёжным боевым товарищем и верным другом.

Да, Кирилл не был знаком с ним до армии, но за тот период времени, который они прослужили вместе, сражаясь плечом к плечу, ефрейтор ещё раз понял, что не ошибся в своём выборе. Каждый имеет право на ошибки. Шторм был хулиганом, но благородство, сострадание и честь, чувство справедливости, харизма, которые были заложены в него природой, заставили его измениться, пересмотреть жизненные ценности и встать на правильный путь.

— Ты ни в чём не виноват, Сань, — наконец сказал Кирилл, — тебя же не было среди них, когда всё происходило.

— Да, меня не было, но это была моя компания, я их покрывал, считал друзьями и не видел, что они тянут меня на дно.

— А кто такой Влад? — вдруг спросил Чудов. — Один из ребят, которые в своё время были с тобой?

Александр удивлённо посмотрел на него.

— Влад? Нет, среди них не было никакого Влада. Почему ты спрашиваешь?

Немного поколебавшись, он сказал:

— Он снился Кате, и это был не приятный сон с любовными фантазиями! Она была перепугана до чёртиков, когда проснулась. И ещё…

Кирилл сделал паузу.

— Мне почему-то кажется, что ты должен это знать. У неё все руки в синяках.

Шторм машинально перевёл взгляд на Катю, спящую недалеко от него. Немного помолчав, Чудов закончил:

— Думаю, ты понимаешь, что это значит.

Александр вздрогнул, а потом его стал заполнять гнев. Тело напряглось, лицо побледнело, и на нём заиграли желваки. Смысл слов, сказанных Катей, о том, что ей приходится постоянно расплачиваться с его друзьями, только сейчас стал ему ясен. В тот вечер они не смогли закончить это дело, но его закончил так называемый Влад спустя почти год. Что же, всё-таки забывать о прошлом было ещё рано. Желание связаться со штабом загорелось с новой силой. Он обязан будет поправиться, встать на ноги и окрепнуть, и вернуться туда, где было положено начало страшных событий, для того чтобы, наконец, раз и навсегда развязаться и покончить со всем этим.