Книга Превратности судьбы, страница 24 – Екатерина Беспалова

— Я убежала. Люди с автоматами…

— Боевики…

— Да…. Они меня похитили, угрожали… — она не закончила фразу и закрыла лицо руками.

Кирилл опустил оружие.

— Успокойся, не плачь! Сейчас ты в безопасности, здесь никого нет. Слышишь меня? Не плачь! Скажи мне, как тебя зовут?

Она подняла мокрые от слёз глаза и посмотрела на солдата:

— Катя.

— Вот и прекрасно, а я Кирилл! Послушай, Катя, мне нужна твоя помощь! Мне очень сильно нужна твоя помощь, слышишь? У меня друг… он… сильно ранен. Ты поможешь мне?

— Но я…

— Он умрёт, если ему не помочь! А я… я не справлюсь один. Ты же местная, да? Тебе, наверняка, травы какие-нибудь известны, а я в этом не разбираюсь.

— Я не местная, но я помогу. Я учусь в медицинском.

Чудов улыбнулся.

— Спасибо тебе! Идём скорее, я покажу, где он!

С этими словами ефрейтор направился туда, откуда он пришёл несколько минут назад. Только теперь он был не один, их было двое, и шансы на спасение друга увеличились в несколько раз, а, значит, появилась надежда на возвращение домой без потерь.

Пока они шли, Катя рассказала Кириллу всё, что знала о событиях, произошедших накануне вечером и этим ужасным утром. Из её рассказа он сделал вывод, что их отряд справился с заданием, и они вернулись назад, будучи уверенными, что ефрейтор Чудов и младший сержант Шторм погибли во время боевых действий.

«Всё было сделано так, как приказывал Саня, — думал Кирилл, пока они шли к месту, где находился раненый солдат. — Значит, они не будут нас искать. Почему же так несправедливо?»

За этими мыслями, сам того не замечая, он начал что-то бормотать вслух.

— Что ты говоришь? — переспросила Катя, явно не расслышав его слов.

— Я говорю, что мы уже пришли.

Вдруг Кирилл в панике стал смотреть по сторонам: Александра нигде не было,лишь кровавый след тянулся по камням к зелёным деревьям.

— Что случилось?

Но Кирилл ничего не ответил, продолжая судорожно сжимать автомат, не смея идти туда, куда вела кровавая полоса. И тут он услышал так знакомый ему сдавленный стон и бросился к другу.

Состояние Шторма ухудшилось, даже не имея медицинского образования, Кирилл понял это сразу же, как только подошёл к товарищу. Он начал бредить, а кровавое пятно на одежде стало ещё больше.

— Сань, как же ты меня напугал, — начал Кирилл, опустившись на колени рядом с ним, но тот его не слышал, по-прежнему продолжая часто дышать.

Чудов оторвал кусок от своей куртки и бросился к ручью. Вернувшись, он стал протирать лицо друга водой.

— Катя, он здесь! Иди сюда, скорее!

Она стала медленно приближаться к месту, где ефрейтор пытался помочь бредившему бойцу. Опустившись на колени рядом с ним, Катя посмотрела на рану. Она действительно не была смертельной, но солдат потерял много крови и был слаб. Она боялась, что могло пойти заражение, и тогда шансов на жизнь у него осталось бы мало. Но, как она поняла, пока об этом говорить было рано.

— Ну, что там? — тихо спросил Кирилл.

— Ничего хорошего: он потерял много крови. И рана продолжает кровоточить.

— Почему?

Катя покачала головой.

— Я не понимаю. Неужели… — она осеклась на полуслове и попыталась убрать кусочки рваного материала с кровавого месива. Солдат на секунду замер, издав слабый звук, а потом часто задышал.

— Что? Что «неужели»? — забеспокоился Кирилл. — Ну, говори же, Катя! Не тяни!