Книга Измена мужа. Новая жизнь, страница 67 – Чарли Ви

— С чего ты взял?

— Так происходит каждый раз, когда что-то происходит.

Меня накрыло с головой из-за этих несправедливых обвинений.

— Знаешь, что Дима, а может это ты не видишь ничего дальше своего носа? Вспомни, когда на дне рождении Аслана Юля напала на меня, я тоже сбежала поджав хвост? Или например, когда моя бабушка начала плохо говорить про тебя, я тоже сразу же отреклась от тебя? Мне кажется, в данный момент ты несправедлив ко мне. Тем более я рассказывала тебе почему мне так тяжело поверить в себя и как прошло моё детство.

Да и вообще я не конфликтный человек, не буду и не хочу становиться базарной бабкой. Не стоит недооценивать меня только, потому что я чаще молчу, чем говорю.

— А никто и не говорит, что я недооцениваю. Я тебе совсем о другом. О том что ты сбежала сразу, увидев якобы меня с Юлей. Ты не попыталась ни позвонить, ни поговорить. В один момент разорвала всё, что было. Я не понимаю тебя. Знаешь как ты выглядишь со стороны для меня? Холодная, молчаливая, единственный момент, когда ты раскрепощаешься — это постель. Но даже там ты никогда не делишься своими мыслями и желаниями. Я хочу понимать тебя и доверять.

Я смотрела на него и мне совсем не верилось, что он говорит обо мне. Это я холодная? Да у меня в душе всегда бушуют страсти, просто я не говорю о них. Зачем? А оказывается Дима меня воспринимал именно так. Значит ему со мной тяжело? В голове крутились тысячи слов, готовых сорваться с языка. Хотелось объяснить ему, что совсем не такая, хотелось доказать, что он мне не безразличен. Но из всех слов с языка слетели совсем не те.

— Так если я такая холодная, может тебе стоит вернуться к горячей и страстной Юле?

Мне хотелось зажмуриться от страха, чтобы не видеть его лицо, но я продолжала смотреть не отрывая взгляд, как истинный мазохист.

После моих слов Дима лишь один раз быстро бросил на меня тяжелый взгляд и снова замолчал. Внутри всё сжалось, из груди рвалось “прости”, но я тоже молчала. Наверно, у меня действительно скверный характер, если я без труда могла причинить человеку душевную боль. Я неблагодарная сволочь, твердила мне совесть.

Мы мчались по трассе, внезапно Дима сбавил скорость и остановился на обочине.

— Знаешь, я даже рад, что наконец мы пришли к этому разговору, — тихо начал он. — Если тебе есть что сказать, если чем-то недовольна — говори сейчас. Я не хочу чтобы непонимание между нами росло и дальше.

— Мне кажется, это только ты меня не понимаешь из-за чего собственно и начался разговор.

— Хорошо. Давай начну я. Ты ревнуешь меня к Юле?

— Нет.

— Зачем тогда предложила вернуться к ней?

— Просто.

— Саша, услышь меня, пожалуйста. Если ты так и будешь продолжать отвечать диалога у нас не получится. Пойми. Неужели тебе так сложно высказать то, что у тебя на душе сейчас? Может стоит задать вопрос, вместо того, чтобы домысливать?

— Нет.

— Тогда давай попробуем еще раз. Ты ревнуешь меня к Юле?

Признаться сейчас ему в том, что я не просторевную, а ненавижу её только за то, что он прикасался к ней так же как ко мне, всё равно что признаться в любви. Но девушки не должны признаваться первыми, так учила меня бабушка, так принято в обществе.

Я смотрела ему в глаза и думала почему еще не изобрели такую штуку, которую можно было бы подключать к человеку, к его эмоциям и мыслям, чтобы он на себе ощутил насколько я переживаю из-за его бывшей.