Книга Измена. Хочу тебя разлюбить, страница 25 – Чарли Ви

* * *

(София)

Что произошло с моим эгоистичным и самовлюблённым мужем сегодня ночью? Я так и не совсем поняла. Внезапно он превратился в доброго Глеба, того самого, которого я когда-то полюбила. Неужели для него оказалось так важно, что я не была ни с кем до него? Но мне даже в голову не приходило сказать ему, что он у меня первый. Мне казалось, мужчины считывают это по невербальному поведению женщины. Потому как она сидит или ведёт себя.

Я сидела в машине и вспоминала сегодняшнюю ночь. Всё было не так уж и страшно, как я ожидала. И почти не больно. И даже почти всё понравилось. От воспоминаний стало тяжело дышать. А сердце гулко, с натяжкой забилось, когда вновь мозг выхватил картинку из воспоминаний, как Глеб целовал и ласкал меня.

Я подняла голову и встретилась взглядом с Глебом. Всё утро он не сводил с меня глаз, постоянно находился рядом, будто боялся отойти.

Его рука по-свойски лежала на моём бедре и даже, когда я попыталась убрать её, он предупредил, что ещё раз и он меня свяжет.

От его ладони шёл жар, и платье под ней стало влажным.

Всё казалось идеальным, будто и не было ни любовницы, ни его измены, ни даже брачного договора. Так не хотелось думать об этом, но именно из-за этого я и плакала в ванной. Что толку отвсех этих таблеток и свеч, если в самый ответственный момент они находились далеко. Оставалось надеяться, что в этот раз пронесёт. А если нет? А если я уже беременна и начну пить таблетки и они навредят ребёнку? Я его не хотела, но и рожать больного не хотелось. А может и не предохраняться больше? Но вспомнился его разговор с Максом, когда он сам сказала, что весь его интерес всего лишь месяц. Даже посоветоваться не с кем. Ксюше не до моих проблем, она счастлива в своих отношениях и Макс её уважает. А может тоже поговорить с Глебом, что я пока не готова рожать? Просто поговорить. Не требовать, не плакать, а как взрослые разумные люди поговорить? Сегодня мне показалось, что Глеб может быть человечным. Я снова посмотрела на него. Заметив мой взгляд, он улыбнулся и сжал рукой бедро.

— Какие планы на сегодня? — спросил Глеб, как только мы переступили порог дома.

Я уже направилась в свою комнату, зная, что Глеб займётся своими делами, и не ожидала подобного вопроса.

— Я хотела съездить сегодня к маме. Воскресенье приёмный день. Надеюсь, пропустят к ней хотя бы на пять минут.

Он удивлённо изогнул бровь.

— Тебя кто-то не пускает к маме?

— Там в расписании написаны часы приёмы. Я пыталась пройти, но медсестра на посту сказала, что в реанимацию нельзя.

— Хм. Когда ты хотела поехать?

— К пяти.

— Я с тобой поеду. Похоже, им надо напомнить, кто оплатил им оборудование.

— Хорошо.

Такого решения от него не ожидала. Никак не могла понять — он стал хорошим после сегодняшней ночи или просто решил поиграть роль заботливого мужа. Но даже, если он решил исправиться принимать, всё на веру не стоило. Хотя в помощи, чтобы получить доступ к маме я бы не отказалась. Она уже больше двух недель лежала в клинике и я до сих пор так и не нашла время съездить к ней.

В шестнадцать ноль-ноль я была уже наготове. Набрала сумку разных нужностей, которые, как мне казалось, могут понадобиться. Оделась поскромнее, плиссированную длинную юбку и рубашку с рукавом три четверти в мелкий горошек, чтобы маму от моих изменений не хватил ещё больший удар. Собрала волосы в косу. Ну вроде нормально, даже и не скажешь, что я как-то изменилась. Хотя изменилась. Я даже внутренне это чувствовала. Особенно после первой ночи и совместного душа… Тело у Глеба было упругим, жёстким, твёрдым, когда я его мыла не ожидала, что самой будет так приятно от прикосновений к нему. Я прижала ладони к щекам. Чувственные пальцы ещё помнили горячую кожу Глеба.