Книга Бывшие. Я разлюблю тебя завтра, страница 50 – Чарли Ви

Дрожь ещё пробегает по моему телу волнами, когда я осознаю случившееся.

— Что ты со мной сделал? — всхлипываю я. Стягиваю края халата, хочу отвернуться. Стыдно до безумия.

Как? Как я позволила себе расслабиться и трогать себя?

Бессовестная, порочная и распутная.

— Лика, не отворачивайся, — шепчет Рамиль. — Ты не сделала ничего плохого. Успокойся.

Он разворачивает меня к себе, прижимает к груди и не даёт отстраниться.

— Пожалуйста, Рамиль, не трогай меня.

— Тш-ш, не надо плакать, малыш, — гладит меня по волосам.

— Ты использовал меня… опять. Не сдержал слово! — всхлипы становятся громче и переходят в рыдания.

Не могу сдерживаться. Больше не могу.

— Ненавижу тебя, ненавижу! За то, что ты такой непробиваемый, за то, что заставляешь делать меня то, что я не хочу.

Бью кулаком ему в грудь, чтобы отпустил. Его прикосновения прожигают кожу. Не хочу, чтобы он держал меня.

— Лика, слышишь меня? Успокойся, — шепчет Рамиль.

— Отпусти, отпусти, отпусти, — твержу как заклинание, будто он может исчезнуть, если буду продолжать повторять его.

— У тебя был кто-нибудь из мужчин после меня?

— Какая тебе разница?

Снова дёргаюсь и неожиданно получается вырваться. Вскакиваю на ноги. Единственное желание спрятаться от него. Бегу в ванную, но закрыться не успеваю, Рамиль удерживает дверь.

— Лика, подожди.

— Что тебе надо? Мало поиздевался?

— Я не издевался над тобой, — неожиданно громко рявкает Рамиль.

Его рык немного приводит меня в чувство. Я стою напротив него, готовая вцепиться в лицо, если он приблизится хоть на метр.

— Мне хотелось сделать тебе приятно. И я не заметил, чтобы тебе было больно, — более мягко продолжает Рамиль. — Перестань видеть во мне животное. Да был мой косяк в прошлом, но может, уже пора забыть обо всём, что было и начать жить настоящим.

— А я не хочу забывать.

— Ну да. Жертвой быть куда приятнее, чем пытаться выбраться из своих обид и воспоминаний.

— Ненавижу тебя.

— Не ври. Если бы ненавидела, не стонала бы от моих прикосновений.

От его слов краска заливает моё лицо. Открываю рот, но не могу ничего сказать.

Как я могла ему довериться? Он нисколько не изменился. Просто притворялся, чтобы добиться своего. Не зря же говорят, горбатого могила исправит.

— Яне хочу с тобой говорить. И вообще, не хочу больше играть в это шоу с женитьбой. Не думала, что ты такая сволочь.

— Нет, Лика, я не сволочь. Всего лишь говорю тебе то, что никто из окружающих не додумался сказать.

— Ты вообще не имеешь права лезть в мою жизнь. В договоре это не прописано.

— Так, я и не нарушил ничего.

Непонимающе хлопаю ресницами. У меня, что совсем крыша едет?

— Как это ничего не нарушил? У меня в телефоне переписка осталась. Я тебе скидывала пункты, могу зачитать. Там чёрным по белому написано, что ты не должен меня трогать и обнимать без надобности, — выпаливаю, едва не срываясь на крик.

— У нас брачная ночь. Я думаю, надобность была, — говорит он и делает шаг навстречу.

Я пячусь.

Неужели это правда? Я как дура доверилась ему. А он опять обманул.

— Что тебе от меня надо? Неужели тебе других женщин мало?

— Мне не нужны другие.

— А мне не нужен ты.

— Возвращайся в кровать. Хватит истерик.

— Я не лягу с тобой больше, — упрямо твержу и опять пячусь назад. — Завтра я подам на развод. Мне не нужны твои деньги. И я не намерена терпеть это.