Книга Я больше тебе не верю, страница 66 – Чарли Ви

— Ах ты…

— Надеюсь, тебе понравилось путешествие?

— Скиф, я тебя убью!

— Да, ладно. Ты же любишь приключения и адреналин.

— Ты вообще нормальный?

— Наверно, нет. Это же ты меня с ума свела.

Саша стоял в серых брюках и белой рубашке с расстёгнутым воротом, скрестив руки на груди. Смотрел на меня насмешливо, что совсем не вязалось с его словами.

— господи, это же надо было заморочиться приехать за мной, чтобы похитить. Для чего ты это сделал?

— Чтобы поговорить.

— просто стандартными способами нельзя было воспользоваться?

— А ты бы стала слушать?

— Нет. И сейчас не буду.

Я развернулась и хотела выйти в дверь, но Скиф схватил меня за руку и рванул к себе.

— Итак, Алиса. Пора тебе кое-что уяснить. Я не для того приехал за тобой, чтобы дать уйти. Ты выслушаешь меня, потому что я ни в чём тебя не обманул. А потом я буду долго и мучительно тебя наказывать наверху в спальне. И не говори, что ты не скучала по мне.

Я опешила от такого напора. И даже несколько секунд не могла сообразить, что ему ответить. Я была рада, что похитителем оказался Саша, но была зла за то, что он заставил меня мучиться и переживать. От его слов по телу пробежала волна дрожи и осела сладкимтянущим чувством внизу живота. Опять тело и разум вступили в конфликт. Я хотела его, скучала по его прикосновениям губам и силе, а мозги твердили «где твоё достоинство? Он поступил нечестно, теперь ещё заставил тебя нервничать. Прощать такое нельзя».

— Только попробуй меня пальцем тронуть — пожалеешь.

— Алиса, мы не враги. И пора прекращать уже бежать от всего и бороться со всем миром. Давай начнём с того, что я просто хочу с тобой поговорить.

— Я устала. Мне было страшно. Я два часа провела в обществе бандитов и их вони.

— Во-первых, не два часа, а час. Во-вторых, это не бандиты, а туристы, мои знакомые. Если хочешь, сходи в душ, сейчас принесут ужин. И хочешь ты этого или нет, но мы поговорим. Понятно?

Саша говорил расслабленно, тихим голосом, без напряжения. Надо было только согласиться с ним и сделать как, он сказал.

— Хорошо.

— Приятно, что ты, наконец, согласилась.

— Угу.

Ладошки сморщились, стали похожи на губку, но я продолжала сидеть в ванной. Убеждала себя, что просто хочу понежиться в приятной воде, но на самом деле мне было страшно. И я не хотела самой себе в этом признаваться.

Саша уже один раз стучался в дверь, спросил всё ли у меня хорошо, а может, проверял, не сбежала ли я. Кстати, у меня была такая мысль. В первые пять минут, как только зашла в ванную комнату, я осмотрела все окна. Они были даже не заперты. Неудивительно, если быть совсем шизанутой, то можно было и сигануть с обрыва в море, которое как раз билось волнами об отвесный берег.

Меня будто в башню заперли, на самой высокой горе. И я поняла, что избежать разговора не удастся. Что он может мне сказать? Что не виноват, она сама напала. Вроде так говорят мужики, которых застали на месте преступления.

С появлением Саши в душе опять начался какой-то сумбур, снова исчезло спокойствие, которое только-только восстановилось. Я уже приняла мысль, что больше не выйду замуж, буду жить одна и мне одной очень даже хорошо. И почти перестала жалеть себя.

Я закрыла лицо ладонями. Как же тяжело с людьми. Я не понимаю их, не понимаю, чего они хотят. Столько фальши, и лицемерия вокруг. Я с детства мечтала уметь читать людские мысли, чтобы знать, кому можно верить, а кому нет. Кто на самом деле искренен, а кто только прикидывается. Враньё для меня всегда было самым страшным. Наверно, поэтому у меня всегда стоял пунктик в отношениях «никогда не врать». Меня часто называли прямолинейной, но лучше сказать человеку правду в лицо, и дать ему шанс, всё исправить, чем врать и он будет думать, что у него всё отлично.