Книга Опекун. Подарок под Новый год, страница 32 – Чарли Ви, Ульяна Краш

Чёрт! От волнения не могу подсчитать, сколько и в какой месяц должны быть роды.

Беременные ходят девять месяцев. Значит, плюс девять месяцев. Девятый месяц — сентябрь.

— Когда он родился? — спрашиваю у Рады, но та молчит.

— Так в сентябре же. Рада ты чего молчишь.

А Рада тем временем испепеляет взглядом свою болтливую подругу. Потому что теперь Раде не отвертеться и не выкрутиться.

Это мой ребёнок. Мой сын!

— Почему ничего не сказала?

— Зачем? Чтобы его все стыдились?

— о чём ты говоришь, Рада? Разве я тебя когда-нибудь стыдился?

— Да. Ты постоянно мне об этом говорил. Говорил о репутации, о том, что о нас подумают, как примут новость мама и папа.

Алеся переводит взгляд с меня на подругу и обратно. Пытается понять, о чём мы говорим.

— Я это всё говорил, чтобы предотвратить нашу близость. Но когда всё случилось, я был готов вести тебя к родителям и всё им рассказать. Но ты сбежала.

— Извини, но я не обладаю навыком телепатии, — повышает голос Рада.

Делаю шаг ей навстречу, мне хочется обнять её прижать к себе и сломать глухую оборону, которую она выстроила вокруг себя.

— Идисюда малыш. Теперь я тебя никому не отдам. Плевать, если даже ты живёшь с другим.

Хоть она и отступает назад, но я насильно обнимаю её и прижимаю к себе.

— Так, она со мной живёт, — снова влезает Алеся.

— Значит, нет никакого парня, с которым она живёт? Ты мне наврала?

— Какая тебе разница. Я не хочу быть с тобой.

— Разлюбила? — с усмешкой спрашиваю я, а внутри всё замирает в ожидании ответа.

— Да. Разлюбила, — шепчет злобно.

Прижимаю её к себе ещё сильнее. Мне абсолютно всё равно на её подругу, на то, что она упирается ладонями мне в грудь. Как же я соскучился по этим губам, по её неукротимому характеру, который хочется всё время укротить.

Впиваюсь с жадностью в её губы. Доказываю, что она моя и больше ничья. Рада пытается сопротивляться, сжимает зубы, не подпускает. Но оборона не выдерживает и десяти секунд. Она отвечает на поцелуй с не меньшей страстью. Она сладкая, от неё кружит голову как от крепкого виски. И пусть она говорит что хочет, её реакция намного искреннее. Ей я доверяю больше.

Когда мы прекращаем поцелуй, сердце, как бешеное стучит о грудную клетку. Мы оба дышим, будто пробежали марафон.

— Я люблю тебя Рада. Жаль, что не сказал тебе об этом раньше.

— Любишь? — как эхо повторяет она и смотрит на меня непонимающе.

— Люблю. И за последние два года понял это окончательно. Завтра же едем домой, и я рассказываю обо всём родителям.

— Я не могу.

— Почему?

— Потому что у меня работа, обязательства сдачи заказа в срок.

Рада работает? Почему меня это удивляет? ведь она как-то жила без меня. Значит, работала и сама себя содержала.

— Вы так и будет стоять в коридоре и таращиться друг на друга? Время уже встречать Новый год, а мы ещё старый не проводили, — слышу голос Радиной подруги и заставляю себя оторваться.

— Вы останетесь с нами на Новый год, Тимофей?

И хоть у меня в планах стояла вечеринка с партнёрами, я забиваю на неё. Сейчас мне совершенно всё равно. Да, скорее всего, они и не заметят моего отсутствия.

— Если приглашаете, останусь, — смотрю на Раду и, наконец, вижу улыбку на лице.

— Тогда давайте быстрее к столу.

Из комнаты доносится плач Димы, и мы бросаемся все туда. Он стоит и обнимает толстую пятнистую кошку, которая яростно пытается вырваться из его крепких объятий.