Книга Ты мое наваждение, страница 18 – Елена Полярная

Подруга помогла мне занести вещи в квартиру, после чего мы устроились на кухне, где мне налили зелёный чай и сделали парочку бутербродов. И стоит сказать, что при виде еды ко мне снова вернулся звериный голод и пока я всё не съела, я не начинала свой рассказ. Зато потом, когда в животе появилась приятная тяжесть, я поделись с Ксюшей своими неприятностями. При этом ожидаемого чувства стыда не было. Просто вчера я волновалась, что же обо мне подумают другие, когда узнают, что меня променяли на мою же сестру, а сегодня… Сегодня мне было уже всё равно, хотя к моему рассказу добавилась ещё и история с Евгением Витальевичем, как я умудрилась привлечь его внимание, и то, как меня выгнали из моей же квартиры.

— Офигеть, — выдавила из себя Ксюша, стоило мне замолчать. — Я даже не знаю, что тебе сейчас сказать. У меня просто в голове не укладывается, как этот урод мог так с тобой поступить! Вот он конченный! А твоя сестра… У неё с головой всё в порядке? Она не думает, что Данил также легко променяет её на другую девчонку, как сделал это с тобой? Уверена, стоит ему встретить какую-то симпатичную и выгодную бизнес-вумен, то он сразу же перепрыгнет на неё. А ты ему ещё и с работой помогла!

— И не напоминай! На самом деле, я давно чувствовала, что что-то не так, но просто не хотела это замечать. Всё это казалась мне какой-то мелочью, хотя от Данила исходила фальш. Если бы я была умнее, или хотя бы ценила в первую очередь себя, то ничего бы этого не произошло.Я бы уже давно послала Данила куда подальше, а не принимала его предложение. Знаешь, я же тебе соврала, что он сделал его в ресторане, сняв для меня весь зал и наняв музыкантов. Мне просто было стыдно говорить, что ему было настолько плевать на романтику, что он просто заказал суши, купил бутылку шампанского и положил коробочку с кольцом на стол. Да я… о многом умалчивала или приукрашала. Дура. Не было у меня в жизни той сказки, о которой я мечтала, но мне очень хотелось, чтобы другие об этом не узнали.

Не в состоянии вынести сочувствующий взгляд Ксюши, я опустила голову, злясь на себя и свою слабость. Но зато теперь я чувствую себя намного лучше, когда хоть кто-то знает правду. Не знаю, почему я всё время врала, видно всё дело в воспитании, из-за того, что мама вдалбливала мне в голову, что я не должна взваливать свои проблемы на чужих и давать повод для злорадства и сплетней. Я и от родных много чего скрывала, зная, что меня или не поймут, или осудят.

— Вот дурочка! Ты давай ещё и дальше вини себя в том, в чём ты совершенно не виновата. Какая разница, как человек сделал тебе предложение, если он тебя по-настоящему любит? Здесь нечего стесняться. Но… да, к Данилу это теперь не имеет никакого отношения. Потому что он и не любил. Но плевать на него! Ты найдёшь себе ещё лучше. А может и уже нашла. — Тут Ксюша хитро улыбнулась и легонько толкнула меня локтем в бок. — Кому расскажи, у кого ты провела эту ночь, никто не поверит. Это же надо было соблазнить самого финансового директора!

— Прекрати! Я его не соблазняла и ты это знаешь. Ему просто стало меня жаль.

— Ага, жаль ему стало, а как же! Фиг кто из мужчин за просто так поможет женщине, если только он не хочет с ней «а» — переспать, «б» — произвести на неё впечатление, «в» — поиметь какую-то материальную выгоду. Судя по твоему рассказу, Евгений Витальевич выбрал вариант «б».