Книга Измена. Двадцать лет лжи, страница 2 – Елена Полярная

Даже и не верится, что когда-то они были ниже травы и тише воды.

Куда смотрит их отец? Неужели ему плевать на воспитание сыновей, раз он игнорирует мои замечания в электронном журнале?

Сделав глубокий вдох, пытаясь скрыть усталость, я хмуро смотрела на маленьких хулиганов, которые в очередной раз навели шумиху, умудрившись добраться до огнетушителя и устроить всей школе дружную эвакуацию и полчаса столпотворения на улице, в ожидании, пока порошковая пыль осядет.

– Вероника Константиновна, мы не виноваты. Можно сказать, что мы просто проходили мимо, оказавшись в ненужное время в ненужном месте, – дерзко заявил Максим, старший из близнецов, который и является главным зачинщиком, но всегда берёт всю вину на себя, прикрывая Витю.

И взгляд его золотисто-карих глаз был таким честным и уверенным в правдивости собственных слов, что если бы я не знала этого мальчика, то точно бы усомнилась, что они с братом как-то причастны к произошедшему.

Дети врут – и это факт. И порой они врут так убедительно, что только диву даёшься.

– Максим, я это слышу уже не в первый раз. Ты хоть придумай что-то новое для разнообразия. Ну и если вы с братом ни в чём не виноваты, тогда кто же главный злодей?

Братья обменялись взглядами и поджали губы, упрямо храня молчание.

То ли они не хотели сдавать своего одноклассника или друга, то ли не собирались просто так кого-то обвинять.

И за всё время моего с ними, скажем так, общения, они ни разу не попытались переложить вину на другого школьника. Так что это былопохвально. Но не могло перекрыть их шалости.

Вздохнув, я встала из-за стола, пройдясь вдоль кабинета, уже не зная, как достучаться до мальчишек.

Не сосчитать, сколько раз я проводила с ними воспитательные беседы, оставляла после уроков, просто разговаривала, пытаясь объяснить, к чему могут привести их глупые шалости. А им как горохом об стену. Они с умным видом кивают. Обещают быть осторожнее и внимательнее, а потом, спустя неделю, мы с ними снова остаёмся втроём.

– Можете идти, но знайте, что я вызову вашего отца на разговор, чтобы он предпринял на ваш счёт хоть какие-то меры.

Братья снова обменялись взглядами, после чего Витя неуверенно спросил:

– А может обойдёмся без папы? Он у нас очень занятой и много работает.

– Витя, я не собираюсь с тобой торговаться. Если вы не понимаете по-хорошему, то я буду разговаривать с вами иначе. До завтра.

Выразительно посмотрев на мальчиков, я дождалась, когда они выйдут из кабинета, и устало опустилась за стол.

Устала.

Со мной такое впервые. Чтобы прошло всего два месяца с начала учебного года, а я уже была как выжатый лимон.

Ещё и чувствую, что разговор со старшим Комаровым будет очень трудным.

Как рассказала моя предшественница, мужчина никогда не появлялся на собраниях, и они только раза два общались лично, и то он произвёл на неё негативное впечатление.

«Он у нас очень занятой и много работает», – прозвенел в голове голос Вити.

А ведь, судя по их одежде и телефонам, а также личному водителю, который привозит и забирает их со школы, их отец более чем обеспеченный. Так неужели ему так трудно выкроить несколько часов на своих детей?

Не удивлюсь, если дома с ними сидит какая-нибудь гувернантка, а отца они видят по утрам и вечерам.

И только я немного пришла в себя, как дверь моего кабинета открылась, и к моему столу уверенной походкой подошла директриса.