Книга История одной измены, страница 1 – Елена Полярная

Алиса

— У меня было трое детей и знаешь, моя дорогая, я всё успевала, ни то что ты. Современные женщины вообще ни к чему не подготовлены. Лентяйки и приживалки, вот кто вы такие! — всё никак не унималась свекровь, продолжая кружить рядом со мной, видно в попытках найти до чего ещё можно докопаться.

И единственным способом избавиться от Софии Константиновны было молчание, да только я не привыкла сдерживаться, когда кто-то начинает пытаться как-то меня задеть, из-за чего стычки со свекровью были регулярными.

Как говорит Серёжа, я должна просто немного потерпеть, ведь его маме сейчас тяжело. Да, развестись в пятьдесят девять и остаться, грубо говоря, у разбитого корыта, это тяжело, но она и до этого не отличалась мягким характером.

Я вообще удивляюсь как её муж терпел её все эти годы, ведь её хлебом не корми, дай только с кем-то поругаться и навязать своё мнение.

И вот железному терпению Михаила Олеговича пришёл конец и он сказал жене пока-пока, решив встречать старость одному, но в спокойствии. И так как София Константиновна никогда не работала, не откладывала сбережения, а только тратила, а у её мужа были связи в суде и деньги на хорошего адвоката, то при разводе этой неугомонной женщине почти ничего не досталось. Поэтому она в слезах и прибежала к своему сыну, планируя сесть ему на шею. Да вот незадача, я против этого.

Нет, Серёжа, конечно же, может помогать своей матери и снимать ей квартиру, но я не хочу, чтобы эта женщина жила с нами, по привычке соря деньгами и выедая мне мозг чайной ложечкой. К тому я никак не готова.

Правду говорят, что двум хозяйкам на одной кухне не ужиться, особенно, когда они обе характерные и абсолютно разные.

— Странно, Серёжа как-то упоминал, что вы часто оставляли его и сестёр бабушкам и дедушкам, жалуясь на усталость и головные боли, и почти ими не занимались. Наверное, поэтому ваши дочери не приютили вас, отказав в содержании, и вы так крепко вцепились в сына, пытаясь промыть ему мозги лекциями о важности родителей. Да родитель из вас, судя по рассказам моих золовок, так себе.

Пока я это говорила, лицо свекрови всё сильнее вытягивалось от злости, а её блеклые серые глаза неотрывно смотрели на меня, желая пристыдить.

Но нет, стыда я не испытывала. Я хорошо общаюсь со старшимисёстрами Серёжи и знаю, что если эта женщина кого и любила, так только своего сына, к дочерям испытывая какую-то нездоровую ревность, а то и зависть. Поэтому ни Юля, ни Маша не горят желанием с ней общаться, хоть и высылают ей небольшие суммы раз в месяц, словно откупаясь от её присутствия в их жизнях.

— Думай что и кому ты говоришь! Серёжа никогда бы не стал клеветать на меня, ведь я была отличной матерью. И ты мне ещё подерзи! Сама не рожала, даже не имеешь ни малейшего представления, что такое носить ребёнка под сердцем, а ещё смеешь открывать на меня рот!

— Поверьте, если бы не просьба вашего сына, на которую я по глупости согласилась, я бы уже давно открыла не рот, а входную дверь, проводив вас на выход. И да, вы правы, я ещё не знаю, что значит быть матерью. Но я уверена, что у меня никогда не хватит наглости доказывать моим детям, что они вечно мне что-то должны. Хотя у меня на это будет больше прав, чем у вас, потому что я не собираюсь сидеть на шее мужа, как и перекладывать ответственность за воспитание моих детей на своих родителей.