Книга Развод. Я стану сильнее, страница 12 – Елена Полярная

— А я что, виноват, что ты не справляешься со своими обязанностями? Как я уже как-то сказал тебе, моё дело зарабатывать, твоё заниматься детьми и бытом. Так что вини во всём себя.

Встав из-за стола, я снова улыбнулась, после чего взмахнула рукой, ударив мужа по щеке, взяла свою сумку и направилась к выходу.

И проходя мимо любовницы мужа, я зацепилась с ней взглядами. Женщина смотрела на меня изучающе и с непонятным мне любопытством. Ещё и тихо, но так, чтобы я услышала, прошептала:

— Мне жаль, что так получилось. Но ты правда сама во всём виновата. Ты не выглядишь как женщина, с которой мужчине будет хорошо, которая будет его вдохновлять и стимулировать.

— Я хотя бы не сплю с чужими мужьями.

Поборов желание у всех на глаза вцепиться женщине в волосы,я вышла из столовой, чуть не запнувшись на пустом месте.

Как же больно! Невыносимо больно!

Почему? Разве я уже не догадывалась об изменах? Разве Давид своим отношением не притупил мою любовь?

Так почему же мне так адски больно?

Я и не представляла себе, что душевная боль может быть настолько сильной, прямо-таки выжигающей тебя изнутри.

И вот вроде бы я пыталась подготовиться к горькой правде, уже понимая, что наши с Давидом чувства угасли, но столкнувшись с ней лицом к лицу, не выдержала, дав слабину.

Мне хотелось спрятаться ото всех, куда-нибудь сбежать, а то и исчезнуть. Но я понимала, что не могу этого сделать. Не могу окончательно опустить руки и раствориться в страданиях к Давиду.

Потому что если я это сделаю, то уже никогда не смогу стать самой собой, став зависимой от жалости и чувства несправедливости.

Надо держаться. Быть сильной несмотря ни на что.

Кто сказал, что жить легко? Жизнь — это постоянные испытания, которые можно преодолеть, если двигаться к своей цели.

А какая цель у меня?

Развестись с Давидом, заняться собой, наконец-то отдохнуть и стать счастливой. Почувствовать этот забытый флёр спокойствия и уверенности, как и приятный трепет в груди, когда ты или горд собой, или наслаждаешься моментом.

Я должна быть сильной ради себя и своих детей. И я точно не раскисну из-за чувств к Давиду. Я вырву из сердца остатки любви и привязанности, сотру все радостные воспоминания из памяти, чтобы они не причиняли мне боль, и буду уверенно двигаться дальше.

Всю дорогу до дома, специально идя пешком, чтобы собраться с мыслями и обо всём подумать, я раз за разом составляла план своих дальнейших действий. Но меня постоянно что-то не устраивало и то и дело возвращались сомнения, которые пока невозможно было подавить до конца.

Не отчаиваясь, я принималась по новой планировать свою жизнь, в которой я больше не была зависимой от Давида. И когда я подошла к дому, я примерно знала, что мне делать. Хотя собственный план казался мне глупым и неосуществимым. Зато я впервые за очень долгое время поставила себя на первое место, подумав о том, чего хочу именно я.

Ну а я устала быть блёклой тенью, обслугой для Давида, у которой нет ни увлечений, ни мечты, потому что всё своё свободное время она посвящает детям и мужу.

Расплатившись с няней, я какое-то время бесцельно ходила по комнате, взвешивая все за и против, впервые не думая о том, что приготовить на ужин, и не бегая за мальчишками, чтобы навести за ними порядок.

И когда с работы вернулсяДавид, я была готова к разговору с ним, уже ни в чём не сомневаясь.