Книга Твоя роковая ошибка, страница 53 – Елена Полярная

Но Егор тоже перестал обращать внимание на свою мать, которая уже стала задыхаться, с такой жадностью глотая воздух, что это вызвало у меня слабые опасения за её здоровье.

— Вот, ознакомься. Я буду выплачивать тебе указанную тобой суммой до совершеннолетия детей, так же я учёл твои пожелания и куплю вам квартиру, которая будет оформлена только на них.

— Егор! Да ты с ума сошёл!— В каком-то ненормальном порыве Наталья Григорьевна подскочила к столу, попытавшись вырвать из рук сына документы, но он успел вовремя одёрнуть руку и, с силой ударив по крышке стола, тут же встал.

— Мама, хватит!

От его звучного крика вздрогнула не только покрасневшая женщина, но и я, интуитивно чувствуя, что сейчас он куда злее, чем вчера, когда застал меня в компании Дениса Михайловича.

— Но Егор…

— Я сказал хватит. И веди себя достойно, иначе… — Недоговорив, Егор протянул мне документы и я быстро с ними ознакомилась, внимательно вчитываясь в каждое слово.

И да, всё было в точности, как он и сказал, без какого-либо подвоха, вот только я всё равно не могла в это поверить. Посмотрев на бывшего мужа, я не нашла в его взгляде и намёка на обман, только злость и решительность.

— Не надо на меня так смотреть, Лена. Я не настолько ужасный человек, чтобы лишать своих детей поддержки. Ты прочитала?

— Да.

— Тебя всё устраивает?

— Да.

— Отлично. Тогда подписывай. — Егор протянул мне ручки и я, всё ещё сомневаясь, всё же подписала документы, сопровождаемая злым сопением бывшей свекрови, которая вытянулась надо мной как удав, готовый наброситься на кролика.

Одна копия документов осталась у Егора, вторую я аккуратно сложила пополам и спрятала в сумку, после чего молча вышла из кабинета, позволив матери с сыном продолжить свои разборки. И несмотря на то, что в моём бывшем наконец-то проснулось хоть что-то человеческое, я всё равно опасалась Натальи Григорьевны. Эта женщина явно не любит проигрывать, так что она ни за что не простит мне своё поражение. Поэтому теперь я должна быть постоянно с ней начеку, чтобы не дать ей застать меня врасплох.

Кажется, моя жизнь ещё никогда не была такой насыщенной, как в эти последние дни. Когда с бумажной рутиной было покончено, Денис Михайлович вознамерился познакомиться со всеми главами отделов, навестить наши заводы, встретиться с местными инвесторами и аукционерами компании. Так что у него на каждый день было назначено по три, а то и по пять встреч, и мы постоянно куда-то ездили, пару раз даже посещали магазины, в которых мой начальник с особым вниманием рассматривал наши же строительные материалы и расспрашивал о них у продавцов. Из-за всего это в конце дня я была настолько перегружена новой информацией и вымотана этими постоянными встречами, что боль от предательства больше не напоминала о себе и всё, о чём мне хотелось думать, так это о горячей ванне и своих детях.

Но я не хочу сказать, что меня утомляли такие резкие перемены в моей жизни, наоборот, я получала некое удовольствие от рабочего процесса, мне нравилось быть полезной, нравилось, когда Денис Михайлович меня хвалил, нравилось знакомиться с новыми людьми и, конечно же, я наслаждалась ощущением, что меня наконец-то ценят.

На следующий день, после подписания документов о разводе, мой начальник подарил мне толстый блокнот, на обложке которого была нарисована банка с кофе и две кружки, — это, как я понимаю, чтобы у меня перед глазами всегда было напоминание, — так что я теперь расписывала его график на недели вперёд, согласовывала все встречи и договаривалась с нужными людьми, став тем самым секретарём, который был ему необходим. И да, мне нравилось проводить время с Денисом Михайловичем, который каждый день раскрывался для меня по-новому. За всё это время я ни разу не видела его уставшим, злым или раздражённым, какую бы ошибку я не сделала, как бы не напутала с его графиком и в который раз не забыла приготовить ему кофе, он всегда всё воспринимал легко, спокойно и с лёгким юмором.