Книга Научись любить, если сможешь, страница 4 – Евгения Ник

— Ешь! — давит каким-то загробным голосом.

— Но, я правда не голодна…

— Моя дочь принесла для тебя еду. Ешь, — складывает на груди свои широченные руки и сверлит меня взглядом.

Боже, да, как тут хоть кусочек проглотить, когда он так смотрит?

Беру из рук девочки круассан и сок, ощущая себя в полнейшей заднице. Неужели они и правда будут просто стоять и смотреть, как я ем? Медленно подношу трясущимися руками ко рту французскую булочку и замираю.

— Нет, так не пойдёт! Вы смотрите на меня, я не могу так есть. Если хотите меня угостить, юная леди, — обращаюсь к девочке. — То правильно будет пригласить меня за стол, где мы все вместе будем кушать и разговаривать на разные темы. — подмигиваю ей.

Она переводит свои глазки-бусинки на отца и с умоляющим взглядом обращается:

— Пап, можно, мы все вместе поужинаем?

Гора заводит руку мне за спину и легонько подталкивает вперёд, закрывает за мной входную дверь и с тяжким вздохом говорит:

— Ну пойдём, англичанка…

Лара

За столом царит полнейшая тишина. Думаю о том, какая же я всё-таки дурочка. Каким местом думала, когда, можно сказать, сама напросилась на ужин в эту странную семью. Их взгляды устремлены на меня, словно я — одинокий маяк посреди моря. Это никакой не ужин, а самое настоящее испытание. Пытка!

Надо было делать ноги, а я…

— Эм-м, приятного аппетита, — выдаю тонкий, писклявый смешок.

Это все нервы. Нервишки шалят.

— Приятного аппетита, тётя б-бо…

— Лариса, — улыбаюсь, глядя на девочку. — Если тебе несложно, обращайся ко мне по имени. Меня зовут Лариса.

Гора возмущённо смотрит на меня, готовясь что-то сказать, но, к счастью, его дочка начинает лепетать первой.

— У тебя красивое имя. Как у крысы из мультика про крокоди…

— Я поняла, про какой мультик ты говоришь, — одновременно поднимаю брови и прикрываю глаза. Пальцами растираю переносицу. Даже не знаю, что лучше, быть бомжом или крысой. Ох, уж эта малышка… и ведь она не со зла это.

— Ты чем-то недовольна? — басит Михаил и с шумом ставит стакан на стол. — Юля сделала тебе комплимент.

— А? Нет, всё прекрасно, — сиплю в ответ и поворачиваюсь к девочке. — Спасибо за комплимент. Твоё имя тоже прекрасно! Кстати, с древнегреческого оно означает “кудрявая” или “пушистая”. Ты и правда, как облачко и такая нежная, а ещё у тебя милые кудряшки.

Малышка смущается и краснеет, опускает глазки в стол.

— Спасибо.

Помаленьку завязывается беседа, правда, в основном, между мной и Юлей. Её отец по большей части, сверлит меня взглядом и периодически глубоко вздыхает, отчего каждый раз становится некомфортно. Понимаю, что надо как можно скорее сваливать отсюда.

— Большое спасибо за ужин, — встаю из-за стола и оглядываю его. — Давайте я помою посуду? — предлагаю помощь, потому что неудобно, ведь я и так их обременила своим присутствием. И не дожидаясь ответа, сама собираю со стола тарелки, стаканы и складываю их в раковину.

— Ты везде так хозяйничаешь? — со смешком бросает Михаил. — Как у себя дома.

— О чём вы? — приподнимаю бровь. — Нет, конечно. Я просто хотела отблагодарить вас за ужин, но если вы Михаил, хотите, можете сами помыть, а я, пожалуй, и правда пойду. Спасибо ещё раз за ужин, — закрываю кран с водой, гордо вскидываю подбородок и выхожу из кухни.

— Англичанка, ты куда так рванула? — он показывается следом за мной, подходит совсем близко.