Книга Измена. Вернуть любовь, страница 99 – Евгения Ник

— Если только она сама захочет с тобой быть что, судя по всему, уже туманно.

— А знаете, вы оба хороши! — неожиданно в наш диалог врывается женский голос. Оборачиваюсь и вижу девушку. Я её узнаю — это Анаит иеё ребёнка я принял тогда за дочь Яны. — Какие же вы оба дуболомы! Неужели вы не понимаете, что замучали уже бедную девчонку? Оба! Столько боли и всё от мужиков, окружающих её. Ты, Саша, просто перекрыл ей воздух своей заботой. Яна добрая и не может тебе сказать в лицо, а я скажу: строй свою личную жизнь, а в её не лезь! Всё, что от тебя требуется быть просто хорошим и верным другом. А ты, Глеб, принёс в её жизнь столько боли, но и столько же любви. И если ты действительно любишь Яну, начни уже слышать и слушать ЕЁ, понимать и учитывать ЕЁ желания, ЕЁ чувства, а не только свои. Ты как танк, что прёт напролом! — делает паузу, чтобы выдохнуть, а мы с Беловым, как два барана стоим и ждём, что она скажет дальше, разве что рты не открыли. — А теперь кто-нибудь, скажите мне, что случилось?

И оба поворачиваются и смотрят на меня.

— Вас это не касается. Личное, — сразу обрубаю.

— Хорошо, Глеб. Поняла тебя, — кивает Анаит. — Но я поеду с вами! Свою подругу я не оставлю на голодных волков. Поняли меня? Ждите! — уносится в один из кабинетов.

— Они реально подруги? — спрашиваю Белова.

— Ага. Лучшие.

— Мне она нравится. И… я её боюсь.

— Ага. Я тоже.

Впервые между нами находится что-то общее. Страх перед хрупкой подругой Яны.

— Так, всё, я готова! — появляется Анаит, и мы дружным строем выходим к парковке.

Яна

Наталья Рузич: Белова привет! Ну ты как там? У меня куча новостей, а ещё я хочу тебя придушить. Потому что, судя по всему, ты являешься частью глобальных изменений.

Яна Белова: Привет! Я терпимо. Рассказывай новости.

Наталья Рузич: Для начала, Григорьевич по камерам-то и меня засёк в тот день и сразу вычислил мою ложь про твой поход в туалет. Будь он неладен. В общем, не сразу, а на следующий день, мне устроили разнос и не уволили лишь потому, что я сотрудник Зайцевой, а так бы Григорьевич меня сразу поганой метлой погнал. Далее, организация Зайцевой прекращает оказывать услуги для него и до конца недели мы должны будем передать все дела, какой-то новой фирме и освободить помещение. Вот так. Что будет дальше, непонятно.

Яна Белова: Да уж…

Наталья Рузич: Ты, кстати, уволена, но вроде не по статье. Я подслушала разговор Красновой с Зайцевой.

Яна Белова: Наташа, спасибо за информацию, хотя я и не удивлена.

Наталья Рузич: Может пора выходить из укрытия?

Яна Белова: Возможно. Я подумаю.

Последние три дня практически сутками спала. Сегодня даже слёз нет, я как выжженное поле. Пустота, лишь пепел, который гоняет ветер. Аппетита также нет, только воду пью литрами.

Встаю и, покачиваясь, плетусь к окну, впервые за эти дни раздвигаю шторы и болезненно щурюсь от солнечного света. Открываю балконную дверь, впуская в комнату свежий воздух. Взатем выхожу на балкон и разглядываю город.

Сегодня последний день аренды. Надо решить: съезжать или продлевать ещё на несколько дней.

Поглядываю на телефон, вздыхаю и возвращаюсь в комнату. Бреду в ванную, чтобы умыться и принять душ. Прохладная вода, заставляет всё тело вздрогнуть, и только потом струйки становятся теплее, приятно согревая кожу. После того, как хорошенько взбодрилась, выключаю воду и перекидываю ногу через ванну. Тянусь к полу, как внезапно ощущаю головокружение и тошноту. Быстро хватаюсь за стену и пытаюсь отдышаться.