Книга Измена. Сбежать от любви, страница 40 – Евгения Ник

Бодрым шагом вышагивал вдоль дома Яны в сторону супермаркета, как у её подъезда остановилось такси, из которого она же и выпорхнула. И, не глядя по сторонам, понеслась к другой двери. Я ускорил шаг и оказался совсем рядом. Белова помогла выйти из автомобиля женщине, резко выпрямилась и на развороте врезалась в меня.

Сколько раз я уже хотел свернутьей шею? Один? Два? Эта женщина в очередной раз довела до кипения мой котёл терпения. Чуть остудить гнев помогла только Тамара Игоревна — её мать. Милейшая женщина. Пригласила на чай и накормила просто божественными блинами. Яна в это время сверлила меня недовольным взглядом. Ничего, потерпит моё присутствие. Назло ел, не торопясь, и трепался с её матерью. Но всему есть предел. Белова меня уже откровенно погнала, так что пришлось сдаться. Но и в прихожей продолжил исполнять. Одевался до бредовости медленно.

Понимал, что веду себя, как тупая малолетка, а ничего не мог с собой поделать. Это дерьмо из меня как-то неосознанно лезло. Позже, конечно, переварю всё, но в моменте…

Поглядывал на неё и в который раз волной с головы до ног накрыло. Дыхание сбилось. Она что-то тараторила, но я не разбирал слов. Впился взглядом. Она шаг назад. Я шаг вперёд. Запустил ей лапу в волосы. Да, я тогда не ошибся у цветочного. У неё на лице синяк. Как под гипнозом, погладил по щеке пальцем. Повёл рукой ниже, несмотря на её лёгкое сопротивление. Поддел ворот платья… Ещё следы побоев. Замер. Было ощущение, будто на этой планете кончился кислород. “Белов, ну ты и мразь!” — выкрикнул в своих мыслях. Резко подался вперёд и прижал девчонку к себе. Но уже буквально через минуту Яна заёрзала в попытках освободиться. Выпустил. Ушёл.

После этой сцены в голове откровенно вакуум был. Встал под козырьком подъезда, в котором располагается моя временная квартира. Выпустил дым. Яну в окне заметил. Смешная она…

Зайдя в квартиру, начал строчить ей сообщения. В одном и вовсе обнаглеть решил.

Глеб Миронов:Во сколько в вашей семье завтрак?

Белова:Не наглей!

Тут, конечно, коварный расчёт. Во-первых, вкусно позавтракаю. Во-вторых, постараюсь не проморгать её, чтобы опять одна не шаталась, как сегодня.

И вот, сегодня утром Яна, мать её, Викторовна, в очередной раз подорвала мне нервы. Как последний дурак, побежал и купил Тамаре Игоревне букет цветов, конфеты, набрал пакет фруктов. Выйдя из магазина, посмотрел на своё отражение в витрине. На ум пришла мысль: “Выгляжу как жених на знакомстве с родителями невесты!”. Похрен. Перед домом Беловой звоню ей. Гудки тянутся бесконечным потоком. Звоню ещё. Безрезультатно. За грудиной начинает откровенно печь. Поднимаюсь к квартире, звоню в дверь.Тишина. Стучу. Тишина. Звоню Яне. Тишина.

Выхожу из подъезда, вышвыриваю в урну цветы, продукты. Иду к машине. Городишко маленький, поэтому даю круг сначала вокруг ближайших домов, потом чуть дальше. Возвращаюсь обратно. Звоню Беловой ещё несколько раз. Гудки идут, но разговаривать со мной она не спешит. Снова залетаю на четвёртый этаж: звоню, стучу… За утро скочегарил почти пачку сигарет. Позавтракал блять! Где её черти носят? Абсолютно без понятия, куда она могла потащиться. “Только вернись, Белова, тебя ждёт долгий разговор!” — мысленно настраиваюсь на войну.

Сам себе поражаюсь. Думал, что я сталь калёная. Но буквально за несколько дней от уравновешенности, спокойствия и серьёзности не осталось и следа.