Книга Влюбиться в зверька, страница 44 – Bloody Moon

Слыша чей-то крик, и не сразу осознав, что это я, увидев, как летят огненные шары, практически у самой земли они превратились в ледяные глыбы, разбиваясь на кучу острых осколков и врезаясь в тела сражающихся с солдатами людей. Эти люди были одеты необычно, их головы были скрыты за масками, а кто их не имел, был расписан красками, волосы же были заплетены в причудливые косы и хвосты, из которых торчали перья и бусины. У них не было, какой либо крепкой защиты, только их сила духа и упорство, что, по-видимому, вгоняло в ужас солдат, которые были во всем, что могло их защитить.

Очнулась я только тогда, когда передо мной было острее длинного оружия, попытавшись создать водяную сферу что бы поглотить, того, кто хотел мне навредить, я осознала, что исчерпала слишком много энергии, и вряд ли смогу что — то сделать. Остаётся смириться и умереть с гордостью, но на свободе. И на том спасибо, что дали мне добраться до горного хребта. Но, похоже, я рано простилась с жизнью. В тот момент, как я хотела закрыть глаза, между мной и оружием пролетел хлыст и выбил его из рук того человека, что собирался убить меня. Все происходило так быстро, я видела только окровавленную спину Оскара, который не подпускал ко мне убийцу, а затем я услышала свист, и воины, что нещадно сражались,разом отступили. Только тогда, спина, которая была моим щитом, расслабилась, а руки ослабли, Оскар был слаб, но держался изо всех сил. И все это из-за меня!

Уже в палатке, когда врач обрабатывал рану, я увидела насколько она серьезная. Оскар дышал и издавал легкий хрип, когда тепло исходящее от рук лечащего его человека стремительно затягивало его столь серьезное ранение. Ранее я и представить себе не могла, что подобные люди, как этот человек, склонившийся над Оскаром, существуют.

— Еще немного, господин. Но вам надо более ответственно подходить к своему здоровью. Хоть я и залечу поверхностную рану, внутренние разрывы связок, будут беспокоить вас чуть дольше. Но, это терпимо для Стайлес. Вам повезло, что не задело органы. А мне надо беречь энергию, что бы залечивать раны всех солдат. Думаю, вы поймете меня. Вы же не такой эгоист как…

— Вульфи? Он так поступал? Неудивительно. — Прохрипел Оскар.

— Будьте аккуратнее. Думаю, ваш помощник может уменьшить недомогание. — Человек средних лет с легкой сединой на висках покосился в мою сторону.

— И чем же?

— По крайней мере, охладить вашу боль. — С этими словами он нас покинул.

— Черт. — Оскар сел и повернулся ко мне спиной. Рана была затянута, каким то неизвестным способом, осталась лишь красная полоска и ореол вокруг нее. Он начал было натягивать рубашку, но скривился от боли и зарычал. — Твою же мать, Оливия! — Я отпрянула подальше. Заметив это, Оскар улыбнулся мне и сказал:

— Не обращай внимание, на то, что я могу говорить в таком состояние. Лучше отдохни немного, ты сильно устала, как я заметил.

— Но…

— А кто буквально на моих глазах засыпает? Все тут вымотались до чертей собачьих. Иди.

— Но как же ты?

— Мне надо работать.

— Ты же ранен! — Я была полна возмущения.

— Все в лагере, так или иначе, пострадали, но несут службу. Это не значит, что я, какой — то особенный. Я такой же солдат, как и все. — Сейчас он противоречил сам себе, сказав, что все тут устали, а сам тут же пытается заняться «делами». Даже я, «дикий человек» это понимаю… — И у меня есть безотлагательные дела. — Но, он был очень серьёзен, так что я не стала возражать, а лишь сказала: