Книга Кровавый цветок, страница 78 – Bloody Moon

— Пусть люди отдохнут, но Алексис лучше не… — я не успел договорить.

— Действительно! Сидеть на месте утомительно, не так ли, Дэй? — Она сощурила глаза, хитро смотря на меня.

— Ты! Хитрый старый….

— Лис? — закончил за меня Грин. — Неужели вы действительно думаете, что лучший способ обезопасить леди — это скрыть от глаз своих же людей? Ты наивный болван, Дэй. — И не дождавшись ответа, поехал вперед.

— Так вот как тебя слушаются твои люди?! — пропела Алексис у меня над ухом. — Кто ты? Хозяин или же номинальное лицо дома?

— Ах ты, маленькая, колючая ежиха… — Повернувшись и схватив ее запястья, я уложил Алексис на лопатки перед собой, а она спокойно, как ни в чём не бывало, смотрела мне в глаза. — Еще одно слово из твоих похотливых уст…

— Кто это из нас похотливый? Неужели ты решил опуститься до того, что бы заняться этим публично? — Приподняв бровь, спросила Алексис. Она смотрела так вызывающе и уверенно, как будто не сомневалась, что я не смогу ничего с ней сделать. Боже! А она слишком наивна,… Что же им там рассказывали про Фиррэлиус. Святые, охраняющие людей и церковные реликвии. С последними двумя, я может, и соглашусь, но назвать святыми судей — это нонсенс.

— А ты думаешь, что не смогу? Да мне плевать, сколько вокруг нас народу! Вопросов лишь поубавиться, знаешь ли… — Приблизившись вплотную ответил, я и почувствовал вспышку страха и волнения исходящую от нее внутренним сиянием. — Не надо было дразнить… — Поставив свое колено между ее ног, и наклонившись еще ближе я укусил ее за шею оставив след, а она невольно вскрикнула и тут же закусила губу. За окном поперхнулся Савлий, а чуть дальше загоготали остальные, карета сбавила свой ход, а это значело, что все нас услышалии теперь у них есть тема для обсуждений, которая хоть как то отвлечет их от мрачных мыслей, и прибавит сплетен.

— Девчонка из Стайлес теперь собственность Фиррэлиус, что ли? — Послышался басистый голос сзади кареты.

— Так вот чем, был занят, господин все это время! Ха! Окучивал, значит! — послышался другой.

— Теперь ясно, почему он не торопился домой! — гоготнул третий.

Дальше уже не было смысла прислушиваться. Сами придумают себе истории. Вновь взглянув на Алексис, я увидел, что по ее щеке течет тонкая полоска слезы и отпустил ее. Да, я был груб, но это что бы защитить ее, она и сама вскоре осознает. Тут Алексис, выдернув руку, дала мне громкую пощёчину, похоже, ее было хорошо слышно, так что позади, рассмеялись во весь голос.

— Первый акт окончен? — спросила она, поднимаясь и поправляя одежду.

— Да.

— Ты мог бы и не кусать так больно. След останется слишком большой.

— Мог бы, но не хотел. — Опираясь о стенку кареты, я постучал по крыше, что означало привал.

Алексис так и не вышла к нам, когда все разминали ноги, ели и громко болтали. Периодически, ко мне подходили солдаты, расспрашивая о плене и вскользь спрашивая, как именно судьба связала меня с «девчонкой Стайлес», на что я лишь улыбался в ответ, вызывая новую волну гогота и смеха. От кареты начинало веять нехорошей аурой, похоже, Алексис закипала все больше и больше, было ощущение, что она строит план убийства. И, когда Грин предложил мне отнести «леди» перекусить, я быстро свесил эту задачу на Савлийя, чему тот был не особо рад, потому как покосился на порванный плащ. Грин сдавленно засмеялся, подходя к дереву, оперся об него и, согнувшись пополам, затем взорвался смехом.