Книга Попробуй уйти, страница 18 – Натализа Кофф

Доминика прислушивалась к собственному телу.

Внутри творилось странное. Ей было спокойно рядом с Михаилом. Он дарил ей чувство защищенности.

Она задумалась, сильно задумалась. Пожалуй, и сама не заметила, как ее ладонь, что лежала на мужской груди, пришла в движение.

Едва заметные, легкие поглаживания успокаивали. Оказывается, касаться дьявола не страшно. Даже как-то волнительно.

Ника, в теории, о сексе знала многое. Перед тем, как отправить ее в город, бабушка плотно занялась этой стороной ее обучения. Рассказывала, демонстрировала картинки.

Но все это сейчас казалось Нике совсем другим. Там Умарова испытывала брезгливость, хотелось отвернуться, забыть всю ту мерзость, что начиналась ниже пояса у мужчин.

А вот рядом с Михаилом о мужском теле Доминика начинала думать совсем другое. И ни капли не мерзко. Наоборот.

— По краю ходишь, — рыкнул Злой и перехватил ее ладонь, надавил, прижал к своему животу.

Ника ощутила обжигающую волну. Стыдно и любопытно. А еще под кожей ладони чувствовались каменные мышцы пресса.

Сейчас, когда Михаил находился настолько близко, Ника видела, какой он крепкий, сильный, в идеальной форме.

Впрочем, это было ясно еще тогда, когда бабушка показа ей фото Злого. Пусть он и был в строгом костюме, рубашке, брюках.

Ника вздохнула. Странности творились не только в ее голове, но и в теле.

Близость Злыднева ее будоражила. Пожалуй, она и сама не понимала всех процессов, что кипели в ней.

Действовала по наитию.

Прикрыв глаза, Ника вновь вздохнула и потерлась щекой о мужскую грудь.

— Млять, девочка, ты что творишь?! — сипло пробормотал Злыднев.

Ника хотела было сказать, что ничего она не делала. Просто легла удобнее.

Но Михаил перекатился так, что теперь всем своим крупным и мощным телом прижимал ее к дивану. Нависал сверху.

Обхватив ладонью ее лицо, он склонился так, что заставлял смотреть Нику в его глаза.

— Будешь моей, — он произнес, не оставляя ей выбора.

Но он ей и не нужен был. Она сдалась.

***

Не хватало еще, чтобы мотор заклинило в процессе.

Потому Миха действовал медленно, не торопился.

А хотелось сорваться.

Девчонка эта… У него никогда не было такой.

Всякие были, в плане внешности, фигуры, размера груди и акробатических навыков.

А Ника, она особенная. Он тонул в ее черных, смоляных глазах. Смотрела на него, хлопая ресницами. А он все, в нирване.

Злой толком не соображал. Его хватало на то, чтобы держать под контролем руки. У него кулаки же огромные, да и сам он мужик крупный.

Доминика хрупкая, тонкая. Все косточки такие, что стоит сжать неосторожно, переломятся.

Потому трогать девчонку он старался по минимуму. А не трогать не мог.

Кожа не шее у нее гладкая, как и на груди, а ниже — и вовсе отвал башки.

Злыднев решил, что прямо сейчас рисковать не стоит. Так его точно опять в больничку загребут.

Лучше уж не смотреть на все, что теперь ему принадлежит. Успеется. Уж теперь — так точно Миха готов вцепиться в чертову жизнь. Потому что одного раза ему с этой девочкой-женщиной явно будет мало.

Целоваться она не умела. А ему это нравилось. Ничего, он научит. Но чтобы только с ним. Ни с кем другим не вздумала.

Об этом он ей потом скажет, утром.

Не до того сейчас.

Миха жадно дышал носом, потому что рот был занят.

У крошки убойные стоны, а уж про грудь он и вовсе молчит. В его ладони острые вершинки, как и все полушария, ладно умещались. Миха тормознул себя вовремя. Сжал слишком сильно, понял по глухому стону.