Книга Паладин, страница 186 – Анна Раф

— Много кто ударился. И для этого есть множество причин. Это долгий разговор, и я думаю, что тебе лучше поговорить об этом с Хьолой. У нее язык подвешен лучше, чем у меня…

— Даже не надейся меня завербовать! — возмущенно заявил Джессвел, почувствовав ее гадкие поползновения. — Я приложу все усилия, чтобы вернуть Хьолу на путь истинный! То, что тут творится, это просто безумие! Мне следовало бы немедленно донести на вас!

Джессвел заговорил значительно громче, и на него стали обращать внимание. Собеседница же осталась спокойной.

— Тогда ты больше никогда не увидишь свою подругу живой, — напомнила она.

— А с чего вы вообще взяли, что у вас получится? Может быть, мне стоит поискать другой способ вытащить ее? — парировал Джессвел.

— Ты можешь рискнуть. Надеюсь, ты понимаешь, что стоит на кону? Твоя принципиальность стоит ее жизни, как ты считаешь?

Джессвел стушевался. Он был совершенно сбит с толку всем услышанным. Ему было необходимо пообщаться с Хьолой лично. И он действительно не был готов рисковать ее жизнью ради соблюдения паладинского долга. Культисты и культисты, пусть живут. Пока.

На том и порешили. Джессвел регулярно наведывался в это тайное местечко, чтобы справиться о новостях. Его встречала не только эта женщина, но и другие члены культа. Джессвел неоднократно пытался узнать, что это за Ондру такой, но его в подробности никто посвящать не спешил. Он зарекомендовал себя, как ненадежный человек. Иногда, когда Джессвел был на поверхности, он замечал в толпе наблюдателей. За ним следили.

Культисты не особо-то и прятались. Только сейчас в томительном ожидании спасения подруги, Джессвел стал подмечать детали, которые невольно игнорировал раньше. Столица полнилась тайными сообществами, культами и заговорщиками. Все они порядком обнаглели, и инквизиция, словно разгневанный бык неуклюже носилась, сбивая всех подряд, и виновных, и невиновных. Законы все ужесточались, но это не приносило пользы, только еще сильнее злило людей.

Проявив больше интереса к общению с людьми на тему культов, Джессвел стал замечать, что чуть ли не каждый третий его собеседник был частью какого-нибудьеретического сообщества. Не все из них были так радикально настроены, как секта Ондру, не все из них в целом были заняты какой-то деятельностью, существовали и такие, которые имели лишь одну цель — дать людям ощущение опасного приключения и какого-то невероятного таинства, которым можно щеголять перед друзьями, удовольствие, конечно, было не бесплатное. Так даже среди культистов произошел раскол. Культисты реально существующих богов или идей клеймили сектантов мошенниками и вредителями, что забирали себе людей, которые могли бы стать частью более ценных и деятельных культов. В глазах же Джессвела это выглядело, как возня паразитов.

Но паладин не предпринимал попыток пресечь все это мракобесие. Его сковывал страх за Хьолу. Он даже начал подозревать, что его подруга, могла быть уже мертвой, а его просто дурят, чтобы он не делал глупостей, и пока он регулярно посещает логово культистов, его будут медленно, но верно склонять на их сторону. Проверить свою гипотезу он никак не мог, так что продолжал терпеть это безобразие.

Терпел он около месяца. За это время он весь изнервничался и за Селирест, и за орден, и за Хьолу. Когда же к нему наконец-то пришло известие, что его подругу вытащили из плена, он просиял и помчался к ней. Но эта встреча была далеко на такой радостной, как Джессвел себе представлял.