Книга Паладин, страница 138 – Анна Раф

Капеллан жажду битвы, с каждым днем нарастающую в Джессвеле, не одобрял. Он предрекал ему скорейшую кончину либо в битве с темным магом, с которым Джессвел сцепится, позабыв об осторожности, либо вообще в пьяной драке с солдатней. Но проходили дни и недели, а предсказание капеллана все не сбывалось. А Джессвел заскучал.

Удача улыбнулась ему в начале лета, когда в город опять прилетел Кислотник. Колдун прервал своим появлением выигрышную партию в карты, на что оппонент Джессвела вздохнул с облегчением и окрестил Кислотника своим спасителем. Джессвел же рванул к темному магу, искрясь боевым азартом. Маг только вошел в раж, разбрызгивая повсюду кислоту и наблюдая, как людишки прячутся по домам, как к нему смертоносной молнией ринулся Джессвел.

Настрой Кислотника сразу же сменился. Он не узнал в Джессвеле паладина, который преследовал его в прошлый раз, они ему и так были все на одно лицо, а этот был еще и в доспехах. К тому же по сравнению с прошлым разом, Джессвел был куда более серьезно настроен. Решив не рисковать, Кислотник тут же дал деру из города. Джессвел погнал его прочь под ликующие возгласы горожан и оскорбительные насмешки патрульных в адрес трусливого чернокнижника.

Темный маг думал, что, отлетев от города на почтительное расстояние, он избавится от преследования, но к его удивлению, Джессвел все не отставал. Костяная змея, верхом на которой летел маг, была очень быстрой, но оторваться от Джессвела не удавалось. Разницу в дистанции грифон быстро наверстывал, когда маг был вынужден сделать остановку для передышки. Мертвый зверь под ним нуждался в подпитке магическими силами для движения, и они все иссякали. Погоня заставила колдуна понервничать, он уже понял, что в этот раз легко не отделается. Доигрался.

Его сил хватило продержаться до ночи. Он понадеялся, что с наступлением темноты ему удастся спрятаться, но Джессвел зажег волшебный огонек, который теперь преследовал Кислотника, и тот не знал, какот него избавиться. Кислотник не был опытным боевым магом, просто пакостником, и сейчас он впервые столкнулся с кем-то, кто всерьез охотился на него. Он растерялся.

Когда поддерживать движение своего ездового зверя не осталось сил, маг спустился на землю и бросился бежать на своих двоих. Целый день погони вымотал его. А Джессвел хоть и был утомлен монотонной гонкой, по сути не тратил силы ни на что, его заклинание обращалось к силе божества, которая в сравнении с запасом, имевшимся у затрапезного мага-недоучки, была практически неиссякаемой.

Когда маг выдохся окончательно и упал на четвереньки, пытаясь отдышаться, Джессвел приземлился рядом с ним. Паладин просто наблюдал за своим врагом, думая, как ему поступить дальше. Он понимал, что ему нужно сделать. Но это осознание сталкивалось с отрицанием внутри него. Чернокнижник был миниатюрный, хрупкий и куцый, явно вечно недоедающий и больной. Неравномерный свет волшебного огонька еще отчетливее подчеркивал все это. Джессвел никогда не выделялся габаритами, но на фоне этого дистрофика выглядел стальным великаном.

«Насколько справедливо то, что я сейчас делаю? — задался он вопросом. — Возможно, мне следует пощадить его?» Но в монастыре паладинов готовили к подобным терзаниям. Джессвел знал, что, если отпустит этого молодого чернокнижника, тот с большой вероятностью окрепнет и в будущем станет куда более серьезной угрозой для Селиреста. Джессвел должен был убить Кислотника.