Книга Измена. Предатель, это (не)твой сын!, страница 7 – Анна Раф

– Что же ты молчишь? Не рада за сестрёнку? Дети – такое счастье, ты бы знала, как Владик просил у меня этого ребёнка. От тебя, пустоцвета, не дождёшься. Мамонтов быстрее из пробирки выращивать начнут, чем ты забеременеешь, – металлическим голосом цедит сквозь зубы сестрица.

– Убирайся из моего дома, мерзавка! Немедленно! – едва ли не рычу в ответ.

– М-да, как некультурно и негостеприимно, – хмыкает. – Я, междупрочим, в положении и требую, чтобы ты, милочка, относилась ко мне с уважением. Ты бы лучше сама начала собирать свои манатки, – взглядом пробегает по комнате, – честно сказать, таскать твоё дешманское барахло на помойку нет никакого желания.

Не разуваясь, Эвелина дефилирует практически через всю прихожую, скидывает мои вещи на пол и ставит свой тортик.

Меня переполняет злоба. Кажется, что вот-вот пойдёт пар из ушей.

Я же собственными руками вложила в её ладони все козыри… Плакалась, рассказывала, что у меня никак не выходит забеременеть. А она, мерзавка, воспользовалась моей слабостью и легла под моего мужа.

Тварь!

Руки инстинктивно сами собой падают на живот, защищают малыша.

Мамонтов быстрее из пробирки выращивать начнут? Рано Владислав списал меня со счетов, рано!

Сегодня утром тест показал заветные две полоски, а гинеколог подтвердил беременность. Терапия не прошла даром, и у меня получилось забеременеть, но новоиспечённый папочка не узнает о моём ребёнке. Пусть эта полоумная рожает ему.

– Упс, упала, – Эвелина сталкивает вазу на пол, и та разлетается на тысячи осколков.

– Уходи! Просто уходи! – рычу не своим голосом.

– Мне никогда не нравилась эта ваза. Вообще я планирую всё выкинуть и сделать в доме нормальный ремонт. У тебя, дорогая моя Татьяна, вкус какой-то дерьмовый. Красные маки. Ну что это за убожество? – ухмыляется, срывает со стены картину и бросает на пол.

– Не смей ни к чему прикасаться! Если ты немедленно не уйдёшь, я вызову охрану, и тебя выкинут за шкирку из моего дома. Никто не посмотрит, что ты в положении! – акцентирую ударение на словосочетании «из моего дома».

– Твоего ли? После развода ты останешься с голой задницей, дорогая. Владик мне говорил, что вернёт тебя туда, где подобрал!

Кровь шумит в ушах, а сердце начинает стучать так, что невольно складывается ощущение, что оно вот-вот вырвется наружу.

Если она сейчас не уйдёт, я в самом деле вызову охрану.

– Эви, дорогая, ты серьёзно думаешь, что нужна Покровскому? – наигранно вытягиваю бровь в вопросительном жесте. – Не будь наивной, сестрёнка. Я – его законная жена, а с тобой он просто спит! И таких, как ты, у него толпы! Не обольщайся! Ты не первая и не последняя! Немедленно развернулась, забрала свой тортик и покинула территорию МОЕГО дома!– прикусив губу, произношу обжигающие болью слова.

Я даже не ожидала такой реакции на свои слова. Мерзавка моментально насупилась и переменилась в лице. Былая уверенность мгновенно пропала, и на её место пришло некоторое смятение.

– Ещё посмотрим, кого из нас выкинут, как котёнка, – награждает меня холодным взглядом и дефилирует в сторону выхода. – Засиделась я с тобой, мне в женскую консультацию пора. Кстати, Владик сегодня мне обещал незабываемую ночь на вашей супружеской кровати! – напоследок бросает в мой адрес порцию желчи и, громко хлопнув дверью, покидает территорию дома.