Онлайн книга «Врач. Отец моего бывшего»
|
– Пусть прилетает. Будем рады! – Где пройдёт торжество? – Пока не знаем. Моя секретарь занимается, её подруга организатор свадеб. Не найдёт помещение, значит в нашем доме. Места много, а пригласим самых близких друзей. Елизавета Тимофеевна разрезала мясной пирог, не собираясь прекращать допрос. – А ваши родственники? Воздух заполнил аромат свежей выпечки. Рустам сглотнул слюну. – Вряд ли будут. Пригласим, но не уверен, что им это интересно. Старушка чуть не задела ножом по пальцам. – Странная получится свадьба… Ева раскладывала куски по тарелкам, излучая неземное счастье. – Вы придёте? – Куда я денусь? Она лизнула словами: – Будете нам за отца и мать. Старушка гордо выпрямила спину. Своих детей нет, так почему не поиграть в строгую родительницу для племянников? – Думаю, Николя поторопится. Не часто единственная дочь выходит замуж. Она смотрела на Еву, иначе заметила бы, как на секунду сломалась невозмутимость врача. Он нахмурился, запустив пальцы в волосы, но тут, же нацепил на лицо улыбку. – Конечно. Самолётом через сутки будет в Москве. Успеет. Елизавета пожевала губы, прежде, чем выдать: – Николя хотел поговорить с тобой. Он считает, что ты должна жить в Америке, с ним и мачехой. У него на тебя большие планы, – бесцветные глаза смотрели с сожалением. – Подумай хорошенько, стоит ли торопиться замуж? Там совершенно другие возможности, чем в России. Рустам смотрел на тётушку исподлобья. Сердце сжала тревога. Худшие опасения начинали сбываться. Глава 35 Ева видела реакцию обычно невозмутимого Рустама на просьбу тётушки не торопиться замуж. Она не могла его предать. Все слова про «не удастся от неё отделаться» чистая правда. Она говорила от сердца, которое трепетало от счастья, стоило увидеть врача. Лучшее, враг хорошего. От добра добра не ищут. И ещё много пословиц от бабушки можно привести в аргумент. Уроки единственного человека, который любил и защищал внучку до последнего дня жизни. Она вскинула голову, громко проговорив: – Это моё решение выйти замуж. И я не собираюсь его менять, как и переезжать в Америку. Тимофеевна прижала ладони к груди. Белый воротничок на старомодном сером платье торчал дыбом, открывая худую морщинистую шею. – Я только попросила не торопиться, – извиняющийся тон. Видно, что старушка выполняет просьбу. Ева упёрлась взглядом в бежевые обои в цветочек. По-хорошему бы развернуться и уйти, но не хотелось обидеть последнюю родственницу. – Спасибо! Я понимаю, вы за меня волнуетесь. Но встреча с Рустамом не случайна. Мы любим друг друга. Мне хорошо в его доме. Нравится работать в клинике. Первый мужчина, уважающий мои принципы. Мы женимся! – Она пожала плечами, не понимая, почему должна что-то менять. – Я нашла то, о чём всегда мечтала. За ним как за каменной стеной. А в Нью-Йорке кому я нужна кроме отца? Жить с людьми, чей язык не понимаю? Не хочу! Не было никакого волнения. Ева говорила внятно, ровно, отметая любую двоякость сказанного. Тётушка обязательно передаст их разговор отцу. Рустам не перебивал, хоть в душе всё кипело. Он дал ей выговориться и поднялся из-за стола. – Елизавета Тимофеевна, понимаю, что вы хотите, как лучше. Переживаете за брата и племянницу. Но мы взрослые люди. С вашей стороны не тактично говорить об этом при мне. – Он смотрел в глаза невесты. – Чувствую себя здесь не ко двору, – он смотрел в глаза невесты. – Ты со мной? |