Книга Врач. Отец моего бывшего, страница 17 – Галина Колоскова

– Не знаю, как вас благодарить!

Рустам ухмыльнулся уголками губ. Представив «благодарность», от которой бы не отказался, а вслух благородное:

– Выздороветь без последствий и приступить к работе. У каждого хирурга есть собственное кладбище. Не желаю видеть там твой холмик! Запиши номер моего телефона. Если что, я всегда на связи! В клинике буду до девятнадцати ноль-ноль.

Он вышел, оставив Еву в недоумении.

Что сейчас было? Она привыкла за день отбиваться от грубого обвинителя или седовласого Казановы, который теперь стал добрым Санта Клаусом? Хоть желание загадывай.

Она усмехнулась.

– Осталось узнать, кто олень, на котором он будет кататься? – ладонь, пробежавшаяся по длинным, растрёпанным волосам, рогов не нащупала, хотя должны были быть очень ветвистыми.

Мысли об отцах и будущей жизни улетучились от ужаса в отражении зеркала. Она совершенно не задумывалась, как выглядит после столкновения с машиной, асфальтом и приветливой лужей. Обмыли, переодели в сорочку, дали тапки с халатом и ладно?

Сумка на месте, а значит расчёска и косметичка тоже. Желание выглядеть хорошо из девушки ничем не вытравить.

Через десять минут волосы были расчёсаны и закручены в высокий пучок, закреплённый карандашом. Ресницы слегка подкрашены и даже блеск лежал на губах, когда в палату снова заявилась заведующая отделения.

– Как себя чувствуете? – приторно сладким голоском, будто и не угрожала чуть больше часа назад. – Хорошо выглядите. Для кого расстарались?

Серые глаза по-деловому сосредоточены, чтобы не прибить соперницу молниями.

Ева не понимала, как себя вести и к чемуприведёт столь радикальное изменение поведения блондинки. Она промямлила:

– Приемлемо. А в клинике каждого пациента по нескольку раз в день навещает заведующая?

Маша сделала вид, что не слышит вопроса.

– Что болит? – она сунула электронный градусник. – Нужно измерить температуру.

– Голова и немного морозит.

Опять пролетело мимо ушей. Маша потребовала градусник через несколько секунд. Измерила давление. Посмотрела горло.

– Всё в норме. Может последствия стресса? – вкрадчиво, со взглядом закадычного друга. – Можно с вами на чистоту?

Ева кивнула.

Заведующая терапией добрыми словами выписывала пинок под зад:

– У нас отложена госпитализация крайне нуждающегося в ней человека. Я посмотрела все ваши анализы. Всё замечательно. Молодой крепкий организм… – Она видела, как на него реагировал Зарипов. – Даже сотрясения нет. Травматолог на снимках ничего не обнаружил. Есть ушибы, но они лечатся постельным режимом.

Холодная ладонь легла на руку пациентки.

– Рустам Каримович за своё благородство может получить серьёзные проблемы. Вы понимаете, о чём я говорю? – прищуренные глаза излучали радушие, от которого передёрнуло и захотелось оказаться на другой стороне планеты.

Ева снова кивнула, пробормотав:

– Примерно.

– Тут всё просто. Хотите неприятности для отца вашего жениха?

В этот момент захотелось провалиться сквозь землю. Антон позаботился, чтобы об их отношениях узнало, как можно больше людей, или с Машей у них почти родственные отношения?

– Под Рустама Каримовича копают. Заметили, насколько он нервный?

Как не согласиться, если настроение у врача летает туда-сюда. Подставлять человека, который искренне хочет помочь, некрасиво. Голова не просто болела, а стала пустой, как будто чужой.