Книга Катастрофа в подарок, страница 172 – Галина Колоскова

Наверху деву ждала свобода, безмолвие пустого шоссе и давящее чувство совести. Она так и не узнала имени похитителя, но это не освобождало от бездействия и оставление обоссаного в опасности.

Она тяжело вздохнула и начала складывать в кучу камни. Слабое оружие против медведя, но вдруг удастся попасть ему в глаз или копчик? Ну или на крайний случай убить похитителя метким ударом, чтоб тот не мучился в лапах хищника. Себя она в этот момент ощущала голубем мира. Не в смысле летать на радость прохожих, а гадить им на головы.

Вместо косолапого появилсяёж, он обнюхал недовольного человека, уколол его руку иголками и важно проследовал дальше. Камни использовать не пришлось. Наташа спустилась вниз, и сделала то, что должна была. Наложила из подручных средств шины на руку и ногу злодея, ставшего жертвой той, что ходила под покровительством божества всех «катастроф» наверное «Тайфупоноса».

Она укрыла горемыку еловыми лапами, подумав, что неплохо было бы в изголовье импровизированного ложа воткнуть в землю крестик. Такой милый, из двух палочек перевязанных высушенной травкой. Сидорова отошла на шаг полюбоваться могилкой живого покойника.

— Какая красота! — сложила она руки на грудь с умилением во взгляде.

— Ты что там соорудила? — Не поверил брюнет благостным словам и, извернувшись оглянулся назад. Чёрные глаза полезли из орбит, а брови на лоб.

— Ты что? Ополоумела совсем? Кого хоронить собралась?

— Это репетиция. — Махнула аниматор рукой, обнадёжив: — Если за сутки нас никто не найдёт, то — генеральная.

— Что значит никто не найдёт? — чёрная «немочь» перекрестился здоровой рукой за секунду превратившись из православного в католика.

— Я имею в виду из людей.

Приторно ласковый голосок мучительницы больно давил на душу «страждущего», доведённого до нервного тика.

— Что значит из людей? Кто ещё нас должен найти?

— Ты тупеешь на глазах. Угроза на каждом шагу! — Наталья усмехнулась, перечисляя хищников обитающих в лесных массивах Краснодарского края. — Мишки бурые, рыси с волками. Ну и лисички там всякие, — она, оскалившись, выставила перед лицом скрюченные пальцы, для наглядности, — больные бешенством. Про вонючих хорьков с агрессивными кабанчиками и говорить не хочется…

Училка трагически помолчала пару минут, нагнетая страх на без того готового обгадиться мерзавца.

— Или я, — она мило улыбнулась, скосив в бок невинные глазки, и добавила ласково: — Если очень кушать захочу.

— Я не вкусный! — заорал почти инвалид от каннибализма на всякий случай.

— Откуда ты знаешь? — биологичка облизнулась, уставившись на то место, где можно вырезать стейк. — Не испробовав — не поймёшь!

Она кокетливо поиграла глазами, доводя беззащитную жертву до полуобморочного состояния, припугнув:

— И не ори. Знаешь, как далеко разносятся звуки по лесу в сумерки? — Наталья наконец поинтересовалась именемпохитителя, снизойдя до любопытства к мерзавцу:

— Тебя, как звать то, болезный?

— Потап.

— Так вот, Потап, я примерно обрисовала, что ждёт тебя в перспективе. Угнанная машина меньшее из всех зол. Думаю, к моменту нашего спасения ты имя Ирма без содрогания слышать не сможешь, не то что любить! — Она ухмыльнулась. — Ты испортил мне вечер помолвки и отличный праздник солидарности женщин. Больно ударил по бвшке, слава богу, что обошлось.