Книга Ты мой! Пока не наиграюсь..., страница 76 – Галина Колоскова

– Паротит в подростковом возрасте лишил возможности стать отцом?– Вопрос на вопрос. Она не опускала взгляд, с вызовом принимая испепеляющую черноту глаз когда-то любимого мужа, ловя себя, что раньше уже была бы напугана выискивая в себе причину его злости. А сейчас продолжала говорить, наконец-то решившись выплюнуть в красивое родное лицо накопившиеся обиды:– Ты настолько возненавидел меня, что толкнул на измену?

– Я любил и люблю тебя– дура!

– Поэтому спал в последнее время с гимнасточкой, а мне кидал секс в виде подачек раз в месяц? Слова расходятся с делом.

Он промолчал, лишь на секунду смутившись, а Нина продолжала рубить:

– Наставил в доме прослушек и камер, а сам кувыркаешься в собственное удовольствие с секретуткой?

– Какая прослушка, какие камеры, что ты несёшь?– Искреннее недоумение в глазах.

Нина усмехалась. На слова о проститутке–секретарше возмущения не было.

– Но гимнастку трахаешь? Интересно, кто тогда нашпиговал ими дом?

– Не знаю. – И слабая попытка извиниться. – Секретарши приходят и уходят, а ты остаёшься.

– Спасибо утешил!.. Так, что с Алисой? Почему принял? Зная тебя, мне казалось, подобное невозможным.

– Сам не ожидал. – Он уходил от ответа. – Кто слил информацию?

– Это не важно, хотела услышать от тебя лично, чтоб понять, что делать дальше?

– Хочешь понять?– Рельефные губы расплылись в кривую ухмылку.– Как ты можешь прочувствовать, что происходит с мужчиной, узнавшим, что любимая жена родила не от него? Что долгожданный ребёнок, ожидаемый после многих лет лечения и напрасных надежд не его? Думаешь, я женился бы, не окажись ты беременной? Знаешь сколько я перенёс процедур, пытаясь стать полноценным? Родители были уверенны, что у меня всё в порядке, ведь они приложили усилия, чтоб вылечить единственного сына. Им предоставили радужные перспективы за потраченные деньги. Не будь результата, пришлось бы возвращать всё до рубля, и лишиться работы по специальности.

Он усмехался, с горечью во взгляде, опущенными уголками губ.

– Вот только отлично всё было лишь на бумаге. Я не хотел их расстраивать и ловить сочувственные взгляды на неполноценного мужика. А тут появилась ты. Красивая, прямая, как лом, без капельки меркантильности, самостоятельнаядо непростительного. Влюбился с первого взгляда, но разве впервые? Вечное нытьё баб с вопросами: почему я не хочу ребёнка? Хотел! Почти сорок и не женат ни разу. Неужели тебя это не насторожило?

Вопрос в чёрных глазах на мгновение наполнившихся теплотой.

– Ты была счастлива обнаружив, что впервые забеременела и совершенно уверенная, что ребёнок мой! До такой степени, что поверил и я. Вдруг это тот самый шанс– один на миллион?

Я дни до родов считал, надеясь увидеть собственную копию. А тут рыжеволосый комочек с мутными голубыми глазками.

– У всех детей они поначалу такие.

– Мне так и сказали родители. Гордые до невозможности, что их сын, наконец, подарил им внучку.

Но время шло, а цвет глаз становился ярче, а не менялся. Я отметал сомнения, веря в сказки про твою бабушку, разглядывая её фотографии, сравнивая, но червь сомнения не точил, а жрал душу. Я сделал тест ДНК.

Он долго молчал, а Нина не торопила, в душе очень сочувствуя мужу. Не представляя, как повела бы себя, окажись на его месте.

– Кому я мог открыть душу? Отцу с матерью? Родительская гордость, выпускник МГУ с красным дипломом, любимец женщин и вдруг не сможет подарить им наследника?– Он смотрел на Нину, прокручивая воспоминания прошлого.– Думаешь, почему они так легко согласились на наш брак? Провинциалка без московской прописки. Алиска была твоим пропуском в семью Светличных.