Книга Желание на любовь 2, страница 72 – Галина Колоскова

– Да.

– Извини, что так поздно. Не разбудил?

Паркер присела на краешек дивана, стряхивая с колен прилипшие ворсинки.

– Нет, я только собиралась лечь спать.

– А почему голос такой запыханный? – Как ни старался Мэтт придать словам безразличие, не получилось – от казалось бы простой фразы разило недоверием.

Кэтлин представила, как ползёт вверх его бровь, и усмехнулась. Пауза в трубке кричала о внутреннем напряжении абонента.

– Уронила вечером телефон и не заметила, сейчас доставала.А ты что подумал?

Вуд облегчённо вздохнул, хоть и знал: невозможно проверить, говорит Паркер правду или он оторвал её от приятных занятий с Бейном. Ревность кольнула в левый бок, но агент тут же отмёл нервирующее предположение, понимая, что подобные мысли могут привести к новой ссоре. Сам грешник – он подозревал во всех тяжких других и как же дорого готов заплатить, чтобы прямо сейчас оказаться в квартире Кэт или ощутить её тёплое тело под своим боком. Только подобный контроль может дать полную гарантию верности женщины. Мэттью даже похолодел от мысли, что Лебовски мог вернуться в Финикс и уже сделать ей предложение.

– Как прошёл день? – он затаил дыхание, плотно прижавшись щекой к экрану, вслушиваясь в звуки на той стороне, стараясь расслышать что-то помимо слов брюнетки и очень страшась услышать.

– Всё нормально, как обычно.

Голос Кэтлин звучал спокойно, дыхание выровнялось, – это тут же отметил ревнивец. Он улыбнулся, поняв, что Паркер не лжёт. Она в этот миг находилась одна в просторной гостиной большой квартиры, в центре огромного города. И тут же на ум пришло: «А могла бы быть рядом со мной и дочерью». Вслух сказал совершенно другое:

– К сожалению, я не знаю, как ты его обычно проводишь.

– В последнее время чувствую вокруг себя вакуум, мне не хватает Лилибет… – Кэтлин запнулась, решив, что не стоит давить на жалость и объяснять свои срывы нехваткой общения с дочерью. Не должна она перед ним оправдываться, не в этот раз. Вполне логично было бы послать его к чёрту. – Мэттью, ты позвонил мне в час ночи, чтобы это выяснить?

– Нет, я решил ещё раз извиниться. Прости, осла, я постоянно несу что-то не то и не так.

– Мы оба это делаем. Извинение принято, это всё? – вопрос прозвучал суховато, но в то же время не требовательно.

Он чувствовал – Паркер, как и ему, не хотелось прерывать разговор. Она ждала чего-то большего, чем слов извинений. «Женщины любят ушами», – подмечено кем-то очень давно и совершенно правильно.

– Нет… Я много думал сегодня.

– И что надумал?

Он говорил мягко, почти нараспев, тщательно подбирая слова; она – вопросами, очень быстро.

– Почему мы оба так усложняем себе жизнь? Давай представим, что ты сейчас одна в космическом корабле, и вакуум, о котором ты говоришь, находится за его бортом. Ты укрыта стенкамис толстой обшивкой, в которой намешано всякого, но только не безлюдье. Пусть горе, печаль и переживание, но это не пустота, а работа живого сердца. Ты летаешь из-за отсутствия гравитации, оттолкнись от стенки безысходности и направься к противоположной, где тебя ждут. Я люблю тебя. И ты, что бы ни говорила, любишь меня, я знаю. Давай встретимся у стены счастья?

– У тебя неплохо развита фантазия… – Кэтлин оборвала в себе желание съязвить, добавив не без толики грусти: – Ты думаешь, это возможно?